– Трудна… Но, боюсь, у нас ничего не получится. Уголовное дело против твоего солиста я возбудить не могу. Нет никаких оснований. А частным сыщиком я работать не буду. И без того загружен под завязку…
– А если подумать? – спросил Вадим.
Он достал из кармана пиджака конверт, положил его на стол, пододвинул к Гене.
– Что это?
– Деньги? Три тысячи рублей…
– Ты что, с ума сошел? Взятку мне суешь?
– Взятку?!.. Да нет, это не взятка. Это аванс за работу частного сыщика… Если, конечно, ты готов потрудиться во славу Отечества в этом качестве…
Попов задумался.
– А потом, – продолжал Вадим, – у меня могут возникнуть кое-какие нештатные ситуации. Возможно, мне не раз понадобится твоя помощь. Естественно, не бескорыстно…
Гена кивнул.
– Хорошо. Я возьмусь за это дело. – Тогда слушай, что именно мне от тебя надо…
Запись альбома прошла успешно. Звукозаписывающая студия не в пример лучше той, где они записали свой первый альбом. Аппаратура высший класс. Звукорежиссер тот же – Серега. Профессиональный садист. Все соки из Лехи выжал, но добился своего. Запись безупречного качества.
День отдыха. Завтра вечером презентация нового альбома в «Олимпийском». Все билеты уже разгребли – будет полный аншлаг. А послезавтра ночной поезд в Ленинград. Пять концертов. Дальше Прибалтика… Группу «Голубая мечта» ждет весь Союз.
На сегодня ни один певец, ни одна группа не могут сравниться по популярности с «Голубой мечтой». Даже официальная пресса признала это. Песни «Голубой мечты» занимали верхние строчки отечественных хит-парадов от «Звуковой дорожки» «Московского комсомольца» до «Хит-парада ТАСС».
Только, как ни странно, «Голубую мечту» упорно не принимали на телевидении. «Песня года», «Утренняя почта», «Шире круг»… В общем, ни в одной из этих передач группа ни разу не засветилась.
Ну и фиг с этим телевидением! И без него «Голубая мечта» взлетела на небывалую вершину славы…
За последнюю неделю Леха устал до чертиков. Он возвращался домой. Чтобы завтра уехать из него на несколько месяцев. Но это будет завтра. А сегодня он побудет дома…
Но спокойно в свой подъезд зайти не удалось. И не фэны помешали. А мэны с большими рогами. А именно, Митя со своими дружками. Стоят, руки в брюки, рожи морщат.
– Привет, Митюня, – не растерялся Леха.
– Я не Митюня. Для тебя, сосунок, я Дмитрий Владимирович…
– Ну здравствуйте, Дмитрий Владимирович… Лехе вовсе не хотелось доводить ситуацию до критической черты.
– Вот так-то, – усмехнулся Митя. – Поговорить надо…
– Говори.
– Ты когда уже сдохнешь?
– Базар фильтруй, да?
– Сам фильтруй… Ненавижу тебя, гад!.. Машину мою украл, до Наташи добрался… Сволочь!..
Леха похолодел. И вовсе не оттого, что его так грубо оскорбили. Упоминание о машине его потрясло.
– Эй, ты чо, звезданулся? – покрутил он пальцем у виска. – Какая машина?..
– Моя «восьмерка»… Ты ее угнал, я знаю. Ты и твои дружки…
– Ну да, ты это еще Аркаше скажи…
Теперь плохо стало самому Мите. При упоминании об Аркаше. Уж больно крепко ему досталось в прошлом году. Если Аркаша взялся за дело, то качество гарантировано…
– Только Аркашей меня пугать не надо, – с натугой сказал Митя.
– А я и не пугаю… Короче, что ты хочешь?
– Морду тебе набить хочу. Очень хочу. Аж руки чешутся!
– Так в чем же дело?
– Да в тюрьму садиться не хочу. Тебя так просто не тронешь. Ты же у нас «звезда». «Голубая звезда». Тьфу!..
Митя презрительно сморщился, плюнул под ноги Лехе. Прошел мимо него, дружки его двинулись за ним. – А Наташа все равно будет моей! – не оборачиваясь, на ходу бросил Митя.
Валек хмурил брови.
– Все-таки надо было рожу этому щеглу набить, – сказал он.
– Надо, – кивнул Митя. – Только потом проблем не оберешься. Он же у нас знаменитость. Вся милиция на уши встанет. Осудят нас, посадят…
– А с чего ты взял, что этот хлыщ твою «восьмерку» угнал? – спросил Иван.
– Вчера с Наташей разговаривал. Она сказала, что между нами все кончено. Говорит, что козла этого любит… А еще говорит, не обижайся, мол, на Лешеньку. Он вроде как откупной мне за нее хочет дать. «Восьмерку» новую пригнать… Откупной! Ага, так я ему и поверил… Я так думаю, он мою машину угнал и продал. Чтобы отомстить. И чтобы группу свою вонючую раскрутить. А теперь вот добреньким вдруг стал. Хорошеньким хочет казаться…
– Такие хорошенькие в морге только хороши…
– А вот до этого дело доводить не советую! – раздался вдруг за спиной Мити грозный начальственный голос.
Он резко остановился, так же резко развернулся на сто восемьдесят градусов. И увидел крепко сбитого мужчину в потертом кожаном пиджаке.
– Московский уголовный розыск! – сказал тот и показал красные «корочки» с золотым гербом. – Старший оперуполномоченный Майор Попов…
Мите стало нехорошо. Он мысленно прощался со свободой.
Этот опер подкрался к ним со спины. И подслушал их разговор. А вдруг расценил его как угрозу в адрес Белова?..
Но мужчина не торопился доставать наручники. Да и вид у него вовсе не грозный. Даже улыбается. Будто чертовски рад видеть Митю.
– У меня к вам пара вопросов, – сказал он.
И взял Митю под руку, отвел его в сторону.
