– У тебя не нервы, – сказал ему Макс. – Канаты стальные… Всю дорогу проспал. А у меня вот ни в одном глазу. Все думаю…
Леха промолчал. Только кивнул. Мол, думаешь и думай.
– А знаешь, о чем?
– Ну?
– О бабах!..
Леха понимающе посмотрел на него. И растянул рот в улыбке. Спросил:
– А чего о них думать?.. Их иметь надо!..
Джон засмеялся.
– Пять баллов, Алекс!.. Я вот что думаю… Через пару часов дома будем. Надо будет для вас веселую ночку организовать. С девочками…
– Я «за» двумя руками! – подхватил его идею Макс.
– Поздно уже, – покачал головой Леха. – Где сейчас девочек возьмешь?
– Алекс, ты будто с Луны свалился. Не знаешь, откуда девочки берутся… С Тверской они берутся.
– На Тверской путаны.
– А ты что, с английской принцессой переспать хочешь?..
– Да нет, я против путан ничего не имею… Только дорого очень. А я пустой…
– Обижаешь, Алекс, – возмутился Джон. – Все за наш счет.
– С какой стати ты платить за меня будешь? Я тебе что, сват, брат?.. Я и так на халяву с вами еду…
– А разве я не могу просто сделать тебе подарок?..
– Это не подарок. Это подачка. С барского плеча… Извини, Джон, что так говорю. Я не хотел тебя обидеть…
Джон долго и молча смотрел на Леху. Словно решал, что с ним делать. Наказать за дерзость или помиловать…
– А знаешь, ты мне нравишься, парень, – сказал он.
И снова замолчал. Опять надолго.
Леха отказался куда-либо ехать. Уговаривать его не стали. Зато сделали небольшой крюк, чтобы доставить его в Комарово.
Макс подал ему на прощание руку. Джон лишь кивнул. Жак даже не посмотрел на него.
– Спасибо, пацаны, что подвезли, – поблагодарил их Леха и закрыл за собой дверцу.
Джип растворился в темноте. Леха побрел к дому.
Мама плакала от счастья. Радовалась его освобождению. А иначе и быть не могло.
– Твоя одежда такая грязная, – сказала она. – Я все перестирала… Но только все равно лучше она от этого не стала…
Первые три дня Леха носа не показывал на улицу. Холодно там. Пусто. А дома, под маминым крылышком, так тепло, уютно.
Но не век же так куковать. Надо в жизнь окунаться. И Леха это понимал. И мама. Отсюда и хлопоты.
– Не стала, – согласился Леха.
Одежда его тюремным духом испорчена. Выстирывай ее, выглаживай, все равно воротить от нее будет. Это как после покойника костюм надеть. А потом, мала она на него, по швам трещит. Возмужал Леха в колонии, занятия в «качалке» даром не прошли…
– Джинсы у тебя новые есть, рубашек много, туфли… – перечисляла мама.
Остатки былой роскоши.
– А вот зимнего у тебя ничего нет…
Тут она права. Весной и летом восемьдесят восьмого денег у Лехи было много. Обновок кучу купил. На лето. Но к зиме приготовиться не успел. Гад Куприянов помешал. Это уже потом мама в тюрьму куртку принесла…
– Ничего, мы тебе хорошее пальто купим, – сказала мама. – Шапку новую и ботинки…
– А деньги?
– Ты же мне много денег оставлял…
– А на что ты жила?
– На зарплату… А на деньги твои золота купила. Все в целости и сохранности…
Значит, не лоханулась мама, как другие. Не сожрала ее сбережения павловская реформа. Потому как в золото деньги перевела.
– Это твои деньги, – поправил ее Леха. – И я не возьму из них ни гроша.
– Не нужны мне деньги. Без них жила. И дальше, даст бог, проживу… А ты молодой, тебе без денег никуда… В общем, Лешенька, знать ничего не знаю. А обновку я тебе куплю…
Мама куда-то ушла. Вернулась не скоро. Открыла дверь, зашла в прихожую. И села. Прямо на пол. Лица на ней нет. Как не живая. Глаза остекленевшие.
– Мама, что с тобой? – запаниковал Леха.
Он помог ей подняться, зайти в комнату, усадил в кресло…
– Что случилось? Говори, не молчи…
– Сынок, не знаю, как жить дальше… – выдавила из себя мама и заплакала.
Мама забрала с собой все золото, пошла на рынок. Нашла скупщика. И продала ему весь свой золотой запас. Рублей у него не было, только доллары. Он дал хорошую цену, расплатился валютой. Сказал, что обменный пункт рядом. Если нужны рубли, пожалуйста, меняйте на доллары.
А маме нужны были рубли. Она пошла в обменный пункт. А там на нее посмотрела недоуменно. Доллары-то фальшивые. Оказывается, на кидалу мама нарвалась. И тот легко ее вокруг пальца обвел. Ведь в долларах она не разбиралась…
Мама бросилась обратно на рынок. А козла того и след простыл. Только парень, который рядом с ним был, стоял. Но тот лишь улыбается. Ничего, мол, не знаю. Я не я и лошадь не моя…
– Ну и ляд с ними, с этими деньгами, – успокаивая мать, сказал Леха. – Деньги дело наживное. А вот здоровье беречь надо… Не волнуйся, мама. Все в порядке… А с кидалой тем я разберусь…
Утром следующего дня Леха сам пошел на рынок. По приметам, которые дала мама, нашел паренька.
– Золото, доллары! – как попугай выкрикивал он.
– А по морде? – спросил Леха.
– Чо? – взъершился паренек.
– Болт в очко!.. Твой кент мою матушку кинул?..
– Какую матушку? Какое кинул?.. Ты чо, в натуре?..
– Значит, ничего не знаешь?
– А чо надо?
Парень растерянно озирался по сторонам. Будто подмоги ожидал. Но никого не было. Он оставался с Лехой один на один.
– Пойдем…
– Куда?
– Поговорим. Людно здесь…
– Никуда я не пойду!.. А ты иди. Сам знаешь куда!..
