– Я вот что думаю, нам нужно с прессой поработать, – сказал Герман. – Вот-вот клип должны показать…
– А разве мы не заявили о себе?.. Разве не было статьи, что Константин Перевалов возвращается?..
– Да это сухарь. Никакого куража. Никто на эту статейку не западет. А народ должен колбаситься… Короче, есть предложение. Тебе, Константин, нужно с какой-нибудь голой девкой в баньке сняться. Понятное дело, ты тоже голый. Интим, короче. Пока без гребли. А тут раз, и папарацци как бы сами по себе образовались. Раз, и снято. Фото в скандальной газете. Кураж! Ломовой номер! Толпа на ушах. Ни фига себе, Перевалов-то у нас кобель… А кто такой Перевалов?.. А-а, да, тот, который в «Голубой мечте» когда-то пел. О-о! Давненько мы о нем не слышали. Надо будет послушать. Его концерт. Если он с девками так горазд, то и поет, наверное, здорово…
– У тебя все? – жестко спросил Костик.
– Вообще-то, да…
– А может, мне еще триппером заболеть?
– Триппером?.. А что, это нормальный ход. Триппер – это прикольно. Народ поймет… А вот СПИДом нельзя. Это чума, народ заднюю включит… Нет, СПИД нельзя. Триппер можно…
– Хватит! – не выдержал Костик. – Никаких баб, никакого триппера. Пусть все будет как есть…
– Зря, – засокрушался Герман. – Скандальный имидж – это сейчас круто, пробивной ход… Многие на это бьют…
– За этими многими стоят нечистоплотные люди. Вадим Куприянов, например…
– А-а, Куприянов… Куприянов – это моща. Гений раскрутки…
– Гений… Да вокруг всех его «звезд» грязь чавкает, мусор шуршит. Один наркоман, вторая только и делает, что всех на хрен посылает, третья – обожает минет…
– Ха! Зато народ конкретно плющит. И «звезды» в фаворе. Верхние строчки хит-парадов, аншлаги, заграничная лафа… Кстати, насчет заграничной раскрутки. Сейчас куда ни кинь, все вдруг «звездами» мирового масштаба стали. В Америку ломятся. Смотрите, мол, какие мы крутые. И народ лапшу хавает. Хотя наших «звезд» на Западе и знать не знают… Слушай, Константин, давай и мы «утку» пустим. Мол, с твоим альбомом уже западные шоумэны ознакомились. Стойку на ушах сделали. И предложили выгодный контракт. Дескать, на днях сама Мадонна к тебе заскочит, чтобы спеть на пару. Если ты, конечно, будешь в настроении, чтобы не послать ее на три буквы… А-а, это же лом будет!.. Да уже завтра под твоими окнами толпы стоять будут, не протолкнешься…
– Чтобы Мадонну увидеть? – усмехнулся Костик.
– А еще лучше тебя с Мадонной. На балкон с ней выйдешь. Без трусов… Вот будет бомба!.. Мадонну мы тебе найдем. Не настоящую, конечно. Я тут один бордель знаю. Кого там только нет, и Мэрилин Монро, и Шарон Стоун, и Клава Шиферная. Ну и Мадонна, понятное дело. Пластическая операция – великое дело…
– Может, хватит? В ушах звенит от твоего трепа…
– Ты прав, Константин. Не здесь надо трепаться. А в прессе…
– Ты лучше скажи, когда первая прокрутка будет?
– Завтра, в одиннадцать, в «Утренней почте»… Только, если честно, туфта все это… Событием ты не станешь…
– Вот тебе и здрасьте… Тебе что-то не нравится?
– Песни не слабые, это да. Слушать можно. Но твой имидж ни в какие ворота не лезет. Этакий типчик интеллигентной наружности. «А ля Дима Маликов»…
– А чем тебе Маликов не нравится?
– Ну ты же не Маликов. Он-то себя давно сделал. Его народ принимает таким как он есть… А ты вроде как заново все начинаешь. Тебе на сцену не выходить, тебе на нее вламываться надо. С шумом, треском, с всклокоченными волосами. Можно даже с подбитым глазом… Ну это, понятно, образно…
– Ничего ты не понимаешь, – обиделся Костик. – Не понимаешь, поэтому молчи…
– Хозяин-барин, – пожал плечами Герман. – Но потом не говори, что я молчал как рыба. Я предупреждал…
Видеоклип с первой песней прокрутили несколько раз. Костик внимательно наблюдал за реакцией прессы, особенно «желтой». Но в ответ тишина. Он нарочно часто прохаживался по улицам. Присматривался к людям. Узнают или нет. Не узнавали…
После второго клипа появилась первая заметка. Слащавенький журналист, слащавенькая ода его слащавенькому таланту. Сухо, пресно. Все равно что легкая рябь над водной гладью. А Костику нужен был настоящий шторм.
В верхних строчках хит-парадов он себя не наблюдал. Да что там верхние, его и в нижних не было. Будто никто и не заметил его второго рождения.
Правда, на улице один раз к нему подбежала девчонка и попросила расписаться на каком-то клочке бумаги. Хорошо, если бы он дал автограф на обложке диска или аудиокассеты. Но ни того, ни другого в продаже еще не наблюдалось.
– Мы должны раскрутиться, – сказал Герман. – Чем сильней раскрутимся, тем дороже продадим альбом…
Но пока от фирм грамзаписи не поступало никаких предложений.
– Говорил я тебе, давай скандальчик какой-нибудь устроим, – сокрушался Герман.
– Настоящий талант пробьется сам…
– Ну, ну…
Первое предложение от студии «Союз» поступило после выхода в свет третьего клипа. Всего десять тысяч долларов за альбом.
– У них там что, шифер с крыш послетал! – возмущался Герман.
– Потерпи, не скоро сказка сказывалась…
– Кстати, насчет сказок. Ты чем вечерами занимаешься? Тебе что, кто-то сказки на ночь читает?..
– Нет…
