– Понятия не имею. Я санитар. Мне просто сказали вас перевезти.
– Санитар? – Павел Борисович посмотрел на него с подозрением. – Покажите документы.
– Какие еще документы?
– Откуда я знаю, что вы действительно санитар? Позовите врача. Без него я никуда не поеду!
– Успокойтесь, мужчина.
– Отойди от меня! – Лучинский отпихнул санитара освободившейся рукой.
– Ты что, ненормальный? – Санитар отскочил на шаг. – По ходу, зря они тебя отвязывают.
Тем не менее он оставил критика в покое и вышел.
Появившегося врача Лучинский тоже видел впервые.
– Снова решили побуянить, Павел Борисович?
– Кто вы? Я вас не знаю. Где доктор, который приходил раньше?
– У доктора Архипова закончилось дежурство. Я ваш лечащий врач. Что вас беспокоит?
– Почему меня переводят?
– По распоряжению главного врача. Если хотите знать мое мнение – я против. И ваше поведение это мнение подтверждает. Я считаю, какое-то время вас надо держать под наблюдением. Здесь это сделать проще. Но я вынужден выполнять распоряжение.
– Главного врача? Он разговаривал с генералом Агеевым?
– Я не знаю никакого генерала Агеева. Так вы будете переезжать, или мне передать, что вы остаетесь?
Лучинский подумал.
«Наверняка это Агеев попросил».
– Буду.
– В таком случае, пожалуйста, не деритесь с персоналом.
Когда каталка свернула в совершенно безлюдный коридор, опасения Павла Борисовича вспыхнули с новой силой.
– Почему здесь никого нет? – спросил он.
– Новое крыло. С понедельника открываемся, так что вы тут первый.
– Первый? Почему меня везут именно сюда?
– Слушай, я тебе кто – Друзь? – не выдержал санитар. – «Чего? Куда?» Тебе какая разница?
Они повернули направо и оказались возле поста.
– В какую его? – спросил санитар медсестру.
– Без разницы. Давай в первую.
Санитар толкнул дверь. Они въехали внутрь.
– Выбирайте кровать. Врач сейчас будет.
Лучинский встал с каталки. В палате было две кровати. Павел Борисович решил расположиться ближе к двери. Санитар неплотно закрыл ее за собой. Лучинский подошел поближе и прислушался.
– Это он? – спросила медсестра.
– А кто ж еще, – ответил санитар.
Медсестра понизила голос.
– Когда вернешься?
– Подождем, чтобы лишних глаз не было.
– Здесь и так никого нет.
– Береженого бог бережет. Врач больно любопытный. Все время снует туда-сюда. Позвонишь, когда уйдет.
Лучинский похолодел. Значит, все-таки ловушка! Агеев не успеет! В коридоре послышались шаги, потом раздался голос доктора:
– Где он?
– В первой.
Критик отскочил от двери. Врач вошел в палату.
– Вы почему не лежите?
Павел Борисович бросился к нему.
– Верните меня обратно! Пожалуйста!
– Вы опять? Сестра!
Лучинский сразу догадался, о чем пойдет речь.
– Не надо! Никаких уколов! Хорошо, я остаюсь здесь. Можете даже опять привязать меня, если хотите…
В палату заглянула медсестра.
Врач посмотрел на Лучинского.
– Уверены?
– Абсолютно.
Доктор жестом показал девушке, что ее присутствие уже не требуется.
– Послушайте, – обратился к нему Павел Борисович, которому пришла в голову одна хорошая идея. – Можете считать меня кем угодно: неврастеником, психом, слетевшим с катушек алкоголиком, но я вас прошу – заприте эту дверь.
– То есть?
– Заприте ее за собой и унесите ключ. Никому его не оставляйте. Понимаю, как все это звучит, но какая разница? Если у меня психоз, главное ведь – снять провоцирующий фактор? Вы закроете дверь – я успокоюсь, и у вас не будет проблем.
– Кроме одной. Каждый раз, когда сестре понадобится войти, она должна будет бежать ко мне на отделение.
– Это ненадолго. Скоро вернется мой друг, и – увидите – меня сразу заберут отсюда. К тому же я заплачу за причиненное беспокойство. Сколько скажете. Десять тысяч, пятнадцать. Хотите – прямо сейчас. Только надо найти мой пиджак.
Врач заколебался. Видно, в больнице платили не слишком щедро. Ничего не ответив, он покинул палату.
– От этой двери есть ключ? – раздался его голос из коридора.
– Конечно, – ответила медсестра. – На втором посту.
– Принесите.
Врач вернулся у Лучинскому.
– Я буду приходить сюда каждый час и проверять, все ли в порядке.
– Замечательно! – обрадовался критик.
– И уж, извините, поскольку вы останетесь в одиночестве за запертой дверью, одну руку я вам все-таки привяжу.
– Пожалуйста.
Павел Борисович лег на постель и сам протянул доктору руку.
– Не пытайтесь развязать узел, – предупредил тот, доставая из кармана эластичный бинт. – Ничего не получится.
– И не собираюсь.
Лучинский был согласен на все. Лишь бы врач не передумал.
Только когда в двери клацнул замок, Павел Борисович, наконец, вздохнул с облегчением. Кажется, этот раунд он выиграл. Теперь главное, чтобы Агеева ничто не задержало.
– Я забираю ключ с собой. Распоряжение главного, – послышался голос доктора из коридора. – Если что – звоните.
Врач ушел.
– Зачем он запер дверь? – спросил медсестру санитар.
– Почем я знаю? На крайняк, есть дубликат.
