Всё во вселенной имеет срок, час, в который трещат по швам миры. В погоне за чистой энергией искатели открыли ящик Пандоры.
ПУЛЬСАР
Нежный аромат взмывал с поверхности густой темной жидкости, наполнившей керамическую чашу. Небольшими облачками пар заполнял пространство изумительным сочетанием аккордов арабики, кардамона, муската и бадьяна, а ореховый порошок из миндаля, фундука и кешью осевший на стойкой пенке придавал ему неподражаемую изящность. Кофе – единственный напиток пронесший традиционную рецептуру сквозь тысячелетия. Всматриваясь в парящие переплетения белой дымки так похожие на туманности за бортом стремительно исчезающие как и всё во вселенной, она размышляла, перед последним решением.
Ближе подходить было опасно. Через огромное ветровое стекло иллюминатора капитан Нина Оверли, вкушая напиток богов, наблюдала за тем как выгорают последние крохи жизни из увеличившейся, словно передутый шарик, чужого светила. Рукава галактики оголяли гиганта. Он остывал, легким свечением пробиваясь через опоясавшую раскалённой пылью туманность. Каленые радиационным зноем частички разбегались, выстилая дорогу новому чуду, играя разнообразием оттенков металлика. Смотреть на этот процесс можно было бесконечно, иллюминация начала-конца зачаровывала. Бежево-сиреневый перетекал в серебристо-кремовый отдавая перламутром-бланжа. Частички звездной пыли сливаясь поблёскивали жаром дроки, расползаясь дыханием дракона на винно-ализариновом облаке. Под рельефными узорами россыпи жемчуга на обдатых жаром зёрнах кофе, галактика казалась раем. Взмахами кисти экспрессиониста размахнувшего панораму на миллиарды километров, пленяли тайнами манящих глубин вселенной.
Нина, отставив чашу, обхватила колени руками задумчиво вглядывалась в пучину космоса. На ее хрупких женских плечах лежал груз ответственности не только за свою жизнь. А что если она ошиблась, если расчеты не верны. Обшивка старенького, когда-то боевого корабля имея собственные спектральные магнитные частоты, отталкивала не только смертоносную радиацию, но и могла справиться с бушующим океаном гравитационных волн, отступательными движениями синтезирующих от хауса к порядку, превращая погибшую звезду в космо-зомби, испепеляющей пульсирующим лучом все на своем пути. Но только, на определенно расстоянии.
– Мы будем ждать, – размышляла она, – не до скончания времен Искателям гоняться за солнечными протуберанцами. Риск попасть в порыв ядерного ветра был куда выше, чем просто встать на пути предсказуемого луча пульсара. А паутины космических нитей, могли легко превратить корабль в часть новой звезды или даже галактики. Все риски относительны, когда есть с чем сравнивать.
Не привлекательная перспектива оставаться падальщиком, подбирающим остатки хвоста Миры, пробираясь за ней через минное Магелланово облако. Годами отфильтровывая межзвездные газы.
Она сидела на прохладном выступе у кромки 30 сантиметрового оптического стекла, через которое отчетливо проглядывался угасающий титан. Большие и малые небесные тела кружились в привычном танце под симфонию магнитных полей чахнущего гиганта. Спутники, планеты и луны вели свой последний хоровод вдоль орбиты не подозревая о скорой гибели.
Корабль расположился на безопасном расстоянии и выжидал. Нина знала, что дифибрации магнитных амплитуд не подведут. Голоса вселенной предупреждали о начале разрушительного краха. Она была готовы к любому сценарию вселенной, выжидала у края галактики.
Искатели, как стервятники слетались туда где можно было пировать на костях. Словно скупые могильщики на похоронах, сотнями прибывали поживиться остатками былой роскоши. Собирая в сети плоды многомиллиардной эпохи.
Все мы оставляем что-то после себя. Страницы в социальных сетях, наталкиваясь на которые друзья с грустью смотрят на дату последнего выхода. Небрежно брошенные вещи, сохранившие запах тела, рисунки на пожелтевших листах. А заезда, уходя может дать гораздо больше. Если не поглотит себя провалившись сквозь пространство и время.
То, что могло оставить свергнутое с престола гипер-солнце, бесценно. Многообразие тяжёлых протонов, чистое антивещество, ионные металлы, кристаллиты, шикарный ассортимент, элементов которые мы еще не научились лабораторно синтезировать. Настоящая черная пятница, с эквивалентом в вечность.
Заглушив двигатели у предполагаемой зоны Френеля собиратели выжидали, подобно древним вглядываясь в грозовое небо моля богов послать на землю дар огня. И удары молний даровали чудо. Не до конца понимая природы горения, впрочем, как и мы сейчас, не способны разгадать загадки чистой энергии. Пожимаем плоды после взрывов сверхновых. Не осознавая до конца что именно находится в наших руках.
Вернувшись в рубку Нина еще раз воспроизвела симуляцию звездного взрыва. Смоделировав траектории магнитных полей будущего пульсара.
– Только бы она не превратилась в чёрную дыру. – Руки мужчины мелодично перебегали по панели, со спины он больше походил на дирижёра, нежели на старшего помощника капитана.
– Все мы становимся кем-то после рождения. У неё не хватит мощности за последнее время наша подружка скинула больше 50 масс. – В сотый раз проверив данные Нина выдохнула.
