Амбициозный молодой ученый получает карт-бланш на эксперимент – создание уникального города, где добровольцам позволят подстраивать окружающий мир под себя. Хочешь солнце круглый год – пожалуйста. Хочешь вид древнего, нетронутого урбанизацией леса, при этом безопасного – лишь попроси. Вот только оказалось, что не готовы люди к таким подаркам. Скандалы ветрянкой окутали город – пришлось его экстренно консервировать. Только спустя сотню лет другой молодой амбициозный… нет, не ученый, обычный выпускник, обычного вуза, находит странные знаки в не менее странных местах. В компоте, ботинке, блике солнечном на экране мобильника. Шутка? Подстава? Рэф злится, ему б удачно работу найти, родителям, девушке, обществу доказать, что не зря в него вкладывали, обучали. Вот только в подсознании молоточками бьется мысль: «Что если это правда? Что если это мой шанс?» Найти город, которого нет. Исправить ошибку ученого и создать-таки город, в котором каждый житель сможет настроить его под себя.
«Что если каждый может создать город мечты? Населить его виртуальными и реальными персонажами, настроить погоду, природу? Вот только, знаю, сразу же возникает вопрос: как идеи от разных людей смогут ужиться одновременно? Тут не решишь проблему очередной транспортной развязкой и не построишь высотное здание, не спрячешь под землю лишнее. Но я верю! Верю, что это возможно и докажу, только дайте мне шанс».
– Нет. Не пойдёт… Жалостливо слишком. Не поймут, разгромят.
Скомканные листочки с недописанной речью летели в сторону один за другим. Сталкивались между собой, недовольно шуршали, реагируя на эмоции человека.
Нейрон не спал уже сутки. Глаза слезились, в них словно засыпали жгучую смесь из перца, песка, морской соли. Волосы наэлектризовались, будто именно через них примагничивалась энергия из вселенной, космоса, коллективного разума, пробуждала бурление, рождала мысли, идеи и отправляла обратно поток импульсов. Вот только что-то мешало сложиться обрывистым фразам в убедительные слова.
С каждой новой попыткой написать речь выступления Нейрон сдувался как воздушный шарик, терял уверенность в том, что его услышат, поймут. А до защиты оставалось времени чуть и ещё одна чайная ложка.
– Может, не в этом году? Ещё подготовиться. Расчёты получше провести, да модель проективную доработать?
Будто в ответ на вопрос пропиликал будильник и высветил на экране гаджета напоминание:
«До приезда машины в здание Совета осталось два часа».
– Чёрт. Чёрт. Чёрт! – Нейрон схватился за голову, но сделав глубокий вдох резко опустил правую руку и посмотрел на рабочий стол. – Ладно, будь что будет.
Взял чистый лист, наточил карандаш и сел писать финальную версию речи.
Над проектом Нейрон трудился почти с пелёнок. Будучи наивным доверчивым малышом, рассказывал всем и вся о том, что рисунки, конструкторы оживать могут не только в кино и мультфильмах. Но ему не верили, не воспринимали, называли обычным мечтателем. Мол перерастёт и забудет.
А Нейрон не сдавался, в себя уходил, в комнате закрывался и всё думал, решал, рисовал. Из конструктора строил не машинки, роботов или замки, а целые города. В альбомах рисовал не ромашки и зайчиков, а необычные дома. Родители не расспрашивали, но и не мешали. Друзья не воспринимали, но и не критиковали.
Нейрон рос и учился, с каждым годом всё больше становясь непохожим на сверстников. Обычные подростки погружались в виртуальные миры игр, он в книги. Рядовая молодёжь ходила по дискотекам, он ездил автостопом по миру.
Никто не думал, что замкнутый парень однажды станет известным учёным и в тридцать лет защитит во всех инстанциях мира проект: «Город уникальной всеприродной сочетаемости».
Да! Те сутки и муки с речью дали свой результат. В качестве эксперимента Нейрону разрешили воспользоваться местностью незаселённой, выделили материал и строительный 3Д-принтер. Огромный купол возвели за неделю и десять лет не трогали. Ждали результат – город, которого никогда не было на земле.
Нейрон к делу отнёсся скрупулёзно. Собрал команду лучших экспертов – добровольцев. Таких же, как и он мечтателей. Архитекторы, биологи, программисты, технологи, просто умные люди рисовали, спорили, строили. И спустя десять лет кинули клич по всему миру, приглашая приехать в созданный их руками, мозгами город мечты.
Листовки бумажные и электронные прилетали на почту, оседали в парках на лавочках, просачивались в самые узкие щели и звали, звали, звали…
«Вам не нравится погода в вашем городе? Надоел дождь, хочется больше солнца, а переехать в другую страну или местность боитесь? Ведь там ждут иные проблемы.»
«Вы мечтаете о необычной архитектуре в своём доме или квартире, но боитесь, что перепланировку не согласуют?»
Флаеры с призывами распространились по всему миру, на разных языках затрагивали желания, о которых люди высказывались на форумах и за чашкой чая на кухне с друзьями.
«Единственный город на нашей планете, где вы сможете реализовать почти все мечты! Не упустите шанс – станьте первым!»
Прошёл месяц. Команда Нейрона переживала, избегая встретиться взглядом друг с другом.
Никто не откликнулся… Как они не старались.
– Как же так? – сопела архитектор Моиса, тихонечко, чтобы не услышали, сдувая пенку с капучино.
– Почему никто так и не приехал? – удивлялся биолог Роман, протирая листья своего детища – кактусофикуса.
Нейрон хмурился, просматривал записи, сверялся, ворчал. И тут…
– Вы слышите? – почти вскрикнула дизайнер Кора, подбегая к окну.
Звук мотора рокотом проник в помещение.
Первая группа переселенцев. Пять студентов. С рюкзаками наперевес спрыгнули с кузова внедорожника.
– Добро пожаловать! – Нейрон улыбался, руки заложил за спину, чтобы гости не заметили, как танцуют от волнения листочки с инструкциями.
Дальше пошло проще. Молодые люди делились впечатлениями в социальных сетях. Снимали видео, показывали, как живут, как настраивают легко погоду.
