Мой ближайший и единственный родственник уже вышагивал где-то в районе центра или типа того. Вид у него был недовольный, но очень решительный. Рядом шагал дядька Гарри — друг его, кучерявый брюнет преклонного возраста. За полвека причесываться не научился, а всё туда же — приключений ищет. Вообще их четверо, просто ещё двоих я не знаю. Одного только в лицо — это с папиной работы, а второго вообще впервые вижу.
— Ваши-то придут? — выкрикнул тот, что с работы. — Поддержат стариков? Мой бы сын подъехал, но он в командировке, не смог... А ваши что? Не та уже молодёжь. Бабки, бабки, и ничего им больше не нужно. Я не прав?
Отец что-то буркнул в ответ, но я не услышал, потому что начал подниматься вверх над улицей. Со всех сторон сходился народ, по улицам шагали и молодые, и старые. По двое, по трое и в одиночку, но текли они все в одну сторону — к центру, к зданию мэрии, туда, где возвышалась сохранившаяся ещё с восемнадцатого века башня с часами на верхушке. Очень многие народные протесты, бунты, восстания нашего округа начинались именно там. И как их не назови — ни к чему хорошему они не приводили. У бедного дурачка (когда я успел его оправдать?) оставалось всё меньше и меньше времени.
Если они погрузятся в машины или автобусы, то будут у ворот кладбища через двадцать минут. Если пойдут колонной — через час-полтора. Автобусы у них есть.
— А что это за морок над нами летит? Вон там, выше горизонта.
Задумавшись, я не сразу обратил внимание на выкрик отца, а когда понял, было уже поздно. Десятки глаз щурились там внизу, пытаясь разглядеть, куда показывает старик.
— Это нечистые закон неиспользования нарушают! Обнаглели совсем! Есть у кого ружьё? Я бы вальнул. А что там за рожа внутри, или мне кажется?
Я дернулся к яблоку и прервал сеанс связи. Последняя фраза от дядьки Гарри прозвучала. И последнее, что я увидел и сумел впечатать в мозг, как ожог, — это внимательные, прищуренные глаза отца. Но было ли в них узнавание? Понял ли он, кто болтается посреди миража, как отрубленная голова раба? Насколько хорошо он видит после стольких ночных смен, прожитых лет и выпитого алкоголя?
Узнал ли меня батя и что подумал, если да? Но сейчас нет времени на эмоции, вперед к яблочку, пока кофеин действует.
Таак. Я потер руки. Кто-то прижав ладони к стеклу пытался заглянуть внутрь. Как не вовремя. Видно же закрыто.
Нет ребята, так деток не спасешь. Сделав вид, что не заметил страждущего клиента я забрал артефакт и скрылся за полками у стола для отдыха, предварительно выключив свет.
Надо бы переместиться домой и там уже в спокойной обстановке что-то решать. Но пока я добегу может много чего плохого случиться, да и не надежно там. Здесь посижу, если директор не заметит сверхурочную работу. Нужно действовать решительней.
Кручу-верчу, посмотреть хочу. Катись, наливное яблочко, по серебряному блюдечку и покажи мне Федора Крюкова.
Где-то в глубине своей паскудной лицемерной душонки я надеялся, что паренек бросился в бега. Что он виновник всего происходящего и спешит перепрятать следы преступления или спрятаться вместе с детьми в своем вонючем убежище где-то на заброшенном заводе, а мне останется только проследить за ним и сообщить полиции где находятся пропавшие детки. У меня даже визитка есть . Дома где-то на полке валяется, под лампой.
Но это был не он. Федя сидел в своем вагончике, у кровати, прямо на полу. Обнял руками свои же ножки и рыдал перечисляя детские имена.
"Афанасий, Лерка, Жорик, Юлечка, Дашуля. Где же вы где?"
Дверь он забаррикадировал. Сунул швабру поперек, так чтобы нельзя было открыть. Навалил матрасов, стул подставил. Ну такое. Разъяренные горожане вынесут за две минуты. Что интересно никакого оружия при себе Федя не держал - хотя бы кухонный нож или спичечный коробок в кулаке. Абсолютно беззащитное существо. Нет, не похож на убийцу. На психа да, но на хладнокровного убийцу детей точно нет. Я поверил в его невиновность, но вот люди не успеют познакомиться поближе и подумать. Раздавят как таракана и жалеть не будут. Нужно парня выручать.
Я остановил бег яблочка и прислушался. Кто-то стучал в дверь. Вот же настойчивые клиенты. Ну не могу я сейчас на вас переключиться, уже не могу. Тем более пятнадцать минут до закрытия нужно было раньше приходить. Нет меня.
Стуки продолжались, но я отключился от них, сосредоточившись на процессе запуска яблока на орбиту.
Кручу-верчу, посмотреть хочу. Катись, наливное яблочко, по серебряному блюдечку и покажи мне Касьяна Не Знаю как его Фамилия.
Фрукт продолжал свой бег, но картинка не проявлялась. Я повторил еще раз и опять никакого эффекта. То ли неправильно запрос сформулировал, то ли Касьян как-то закрылся от моего Яблочного Глаза. Неудача.
В дверь постучали еще раз, но уже неуверенно. Сейчас бы выйти, да по шее накостылять.
Кручу-верчу, посмотреть хочу. Катись, наливное яблочко, по серебряному блюдечку и покажи мне Яцека, маленького зубастого оборотня.
Этот тоже куда-то ночью шёл. Да что они все сегодня с ума посходили?
