Врач вежливой улыбкой дал понять, что извиняет непрошеное вторжение полицейского. Он нажал локтем на длинный рычаг крана, чтобы остановить воду, и, воздев мокрые руки, пошел через застекленную комнату к вешалке с полотенцами. На столе в темном конце помещения были разложены коробки с линзами для подбора очков, приборы, инструменты, на стене висели анатомические таблицы и муляжи глазного яблока. Шернесе спокойно заявил:
— Один полицейский уже нанес мне визит сегодня днем. А вам что угодно?
Ньеман стоял в нескольких метрах от врача. Внезапно полицейский осознал, что только сейчас видит главную характерную черту доктора, выделявшую его среди тысяч других людей. Глаза. У Шернесе они были почти бесцветными: светло-серая радужная оболочка придавала взгляду что-то змеиное. Зрачки походили на два крошечных аквариума; Ньеман ничуть не удивился бы, разглядев в них каких-нибудь хищных морских убийц, покрытых стальной чешуей.
Он ответил:
— Я как раз хотел спросить вас о нем.
Врач снисходительно усмехнулся.
— Оригинально! Значит, теперь у нас одни полицейские разыскивают других?
— В котором часу он приходил?
— Ну… примерно в шесть вечера.
— Так поздно? Вы не помните, какие вопросы он вам задавал?
— Конечно, помню. Он расспрашивал о больных из клиники в окрестностях Гернона. Там содержатся дети с нарушениями зрения. Я их регулярно осматриваю и лечу.
— Что конкретно он хотел узнать?
Шернесе открыл шкаф красного дерева, вынул оттуда светлую просторную рубашку и в несколько секунд надел ее.
— Его интересовали корни этих явлений. Я объяснил, что речь идет о наследственных болезнях. Тогда он спросил, можно ли допустить внешнюю причину таких заболеваний, например отравление или неправильное лечение.
— И что вы ответили?
— Что это полный абсурд. Генетические заболевания напрямую связаны с изолированным расположением города и как следствие — с браками между родственниками. При таких браках болезни передаются с кровью и встречаются все чаще и чаще. Такой феномен регулярно наблюдается в закрытых сообществах. Вот пример: округ Сен-Жан в провинции Квебек, коммуны амишей[20] в США. То же самое и в Герноне. Жители этой долины не склонны к бракам на стороне. Так что не вижу оснований искать другие причины.
Не стесняясь гостя, врач стал натягивать темно-синие брюки из дорогой, слегка серебрящейся материи. Шернесе одевался на редкость элегантно. Полицейский продолжал:
— Он задавал вам еще какие-нибудь вопросы?
— Да, о пересадках.
— О пересадках?
Врач неторопливо застегивал рубашку.
— Вот именно. О пересадках глаз. Честно говоря, я так и не понял, зачем ему это нужно.
— А он объяснил вам суть расследования?
— Нет. Но я старался отвечать как можно подробнее. Он хотел знать, есть ли смысл удалять глазные яблоки у одного человека, с тем чтобы, например, пересадить роговицу другому.
Значит, Жуано решил проверить и этот, «хирургический» след!
— Ну, и?..
Шернесе покончил с рубашкой и провел тыльной стороной руки под нижней челюстью, словно проверяя, хорошо ли он выбрит. На стеклянной стене веранды плясали тени деревьев.
— Я разъяснил ему, что такие операции бессмысленны. Сегодня очень легко найти роговицу для пересадки, не говоря уж о том, что наукой созданы и синтетические материалы. Что же касается сетчатки, то ее до сих пор не научились сохранять, так что о пересадках и речи быть не может… — Врач усмехнулся. — Знаете, эти истории с торговлей человеческими органами относятся скорее к области народных фантазий.
— Что-нибудь еще он спрашивал?
— Нет. Мои ответы его явно разочаровали.
— Вы советовали ему обратиться еще куда-нибудь? Давали другие адреса?
Шернесе благодушно рассмеялся.
— Черт возьми, я гляжу, вы потеряли своего коллегу?
— Ответьте, доктор. Можете вы сказать, куда он направился после вашей беседы? Он сообщил, куда идет?
— Нет. Понятия не имею. — Его лицо слегка омрачилось. — Я все-таки хотел бы знать, что происходит.
Ньеман вынул из кармана плаща поляроидные снимки трупа Кайлуа и разложил их на столе.
— Смотрите.
Шернесе надел очки, зажег лампочку на кронштейне и принялся изучать фотографии. Поднятые веки. Страшные пустые глазницы.
— О, господи! — прошептал он.
Казалось, вид трупа и ужаснул и зачаровал его. Ньеман приметил целый набор блестящих скальпелей в старинной китайской тушечнице на углу стола. Он решил перейти к новой серии вопросов — специалиста-сыщика к специалисту-врачу.
— У нас обнаружены две жертвы в таком состоянии. Как вы думаете, эти увечья мог нанести профессионал?
Шернесе поднял голову. На его лице выступила обильная испарина. После долгого молчания он с трудом выговорил:
— Боже мой… что вы имеете в виду?
— Я говорю об ампутации глазных яблок. Вот снимки глазниц крупным планом. Посмотрите на эти надрезы и скажите, мог ли это сделать врач? Убийца извлек глаза, но очень старался не задеть веки — характерно ли это? Требует ли такая операция солидных познаний в анатомии?
Шернесе опять склонился над снимками.
— Кто мог сотворить такое? Нужно быть поистине чудовищем, чтобы… А где это случилось?