— Но… я не знаю! Я не понимаю цели ваших вопросов!
Ньеман замолчал. Теперь ему стала ясна подоплека этой истории: Шампла не решился изучать документы, похищенные Этьеном Кайлуа, из страха обнаружить какую-нибудь скандальную информацию о профессорах университета. О профессорах, что царили в городе и держали в руках судьбы таких людей, как он.
Комиссар встал.
— Что еще вы сказали Жуано?
— Больше ничего. Только то, что сообщил сейчас вам.
— Подумайте хорошенько.
— Но это действительно так, уверяю вас!
Ньеман вплотную подошел к врачу.
— Говорит вам что-нибудь имя Жюдит Эро?
— Нет.
— А имя Филипп Серти?
— Так ведь звали вторую жертву?
— Вы слышали это имя раньше?
— Нет.
— Вам что-нибудь напоминают слова «пурпурные реки»?
— Нет. Уверяю вас, я…
— Спасибо, доктор.
Ньеман поклонился ошеломленному директору и пошел к двери. Он уже ступил за порог, как вдруг остановился и бросил через плечо:
— Последний вопрос, доктор: я не видел и не слышал здесь ни одной собаки. Разве у вас их нет?
Шампла совсем растерялся:
— Co…собаки?
— Да, собаки-поводыри для слепых.
Тот наконец понял и через силу, криво усмехнулся:
— Собаки-поводыри бывают у слепых, живущих в одиночестве, без посторонней помощи. А наша клиника оборудована самыми современными электронными средствами слежения. И стоит нашим пациентам встретить на пути малейшее препятствие, как звуковые сигналы предупредят их об опасности и укажут верное направление. Так что собаки нам не нужны.
Выйдя на улицу, Ньеман обернулся и взглянул на светлые стены здания, мерцавшие в темноте под струями дождя. С самого утра он избегал поездки в это заведение, боясь проклятых псов, которых здесь сроду не было. Страх заставил его отправить сюда Жуано, страх перед призраками, лаявшими только в его больном воображении.
Его навязчивые видения стоили жизни молодому лейтенанту.
Он открыл дверцу машины и яростно плюнул наземь.
Ньеман ехал вниз по серпантину Сет-Ло. Дождь заметно усилился. В свете фар асфальт казался дымной искрящейся лентой. Время от времени седан проваливался в колдобину под жирное чавканье мокрой грязи. Вцепившись в руль, комиссар с трудом выравнивал машину, которая то и дело норовила сползти в пропасть.
Внезапно у него в кармане зазвонил пейджер. Он включил его одной рукой: его вызывал Антуан Реймс. Той же рукой Ньеман схватил свой телефон и по памяти набрал парижский номер. Едва услышав его голос, Реймс объявил:
— Пьер, англичанин умер.
Поглощенный гернонским расследованием, Ньеман никак не мог переключиться и оценить последствия этой новости. Директор продолжал:
— Ты где сейчас?
— В окрестностях Гернона.
— Тут есть приказ о твоем аресте. Теоретически тебе следовало бы объявиться, сдать оружие и прекратить работу.
— Это теоретически?
— Я говорил с Терпантом. Ваше расследование застопорилось, дела идут хуже некуда. Вся журналистская братия уже налетела на ваш городишко. Завтра утром он прославится на всю Францию. — Реймс помолчал. — И все они ищут тебя.
Ньеман не отвечал. Он пристально всматривался в дорогу, которая по-прежнему виляла то вправо, то влево, еле видная сквозь стену дождя, упорно преграждавшего машине путь. Стенка на стенку… Реймс заговорил первым:
— Пьер, ты готов арестовать убийцу?
— Не знаю. Но, повторяю тебе, я уже вышел на верный след, я в этом уверен.
— Ладно, тогда сведем счеты позже. Я тебе не звонил. Ты исчез, пропал без вести. Но помни: у тебя осталось от силы час-два, чтобы разгрести все это дерьмо. После этого я уже ничем не смогу тебе помочь. Разве что сыщу хорошего адвоката.
Ньеман пробурчал несколько фраз и отключил телефон.
И в этот миг его фары осветили машину, выскочившую из темноты справа от него.
Полицейскому не хватило какой-нибудь доли секунды, чтобы среагировать. Автомобиль с ходу врезался в правое крыло его седана. Руль выбило у Ньемана из рук; машина с грохотом ударилась боком о скалу. С яростным криком сыщик попытался выровнять ее, не в силах оторвать взгляд от другого автомобиля. Темный джип-вездеход с потушенными фарами явно готовился к новой атаке.
Ньеман дал задний ход. Черный автомобиль, взвизгнув тормозами, со скрежетом свернул влево, заставив полицейского остановиться. Тогда Ньеман рванулся вперед. Но джип шел у него под носом на полной скорости, загораживая дорогу. Его номер был заляпан грязью. Тщетно полицейский пытался обогнать массивный автомобиль по внешней полосе: тот не давал ему ни малейшей возможности уйти вперед, ударяя седан в левое крыло и едва не сбрасывая его в пропасть.
Что ему нужно, этому психу? Ньеман внезапно сбавил скорость, оставив между собой и нападающим несколько десятков метров. Тот сейчас же повторил его маневр, вынудив седан приблизиться. Но комиссар сумел воспользоваться этим мгновением. Рванувшись с места, он проскочил слева, буквально в нескольких сантиметрах от чужака.
Вдавив ногу в акселератор, он удвоил скорость и увидел в зеркальце, как внедорожник растаял во тьме. Не раздумывая, он помчался вперед, километр за километром удаляясь от места происшествия.
Теперь он снова был один на шоссе.