А я была просто кошкой, которую Адриан подобрал несколько дней назад! Но нет же, этот казначей решил ко мне подлизаться. И стоило Адриану отлучиться из кабинета на пару минут, как казначей положил передо мной… дохлую мышь. Я целительница и ненавижу любые трупы, даже маленьких зверьков. В первый раз я просто сбежала. Когда это повторилась — обшипела казначея (как умела и как могла). Но это его не остановило! И в третий раз он принес мне трупик птички. Вот тогда-то я без зазрения совести расцарапала ему лицо. Через минуту, конечно, пожалела: надо было атаковать в то место, которое никто не видит, — а через две снова обрадовалось, потому что то безобразие, что он творил, таская ко мне трупики птичек и мышек, заметил Адриан. И предупредил казначея, что если хоть раз что-то подобное окажется со мной рядышком, то он, Адриан, после каждой охоты на монстров будет приносить к дому казначея свои «трупики».
— Ведь должен же я буду отплатить вам за столь доброе отношение к моей Лале? — ухмыльнулся Адриан.
Монстры тут были огромными, страшными, а еще прилично воняли. Перспектива такой благодарности казначея абсолютно не прельщала, поэтому он клятвенно заверил, что больше никогда и ни за что.
Царапины на его лице продержались недолго: исчезли минут через сорок. А еще через полчаса казначей запрыгал. Не в прямом смысле, а в переносном — артритные коленки почему-то прекратили болеть. Тогда я еще ничего не подозревала… Но, когда случайно (совершенно случайно и инстинктивно!) поцарапала его во второй раз и через полчаса у него прошли хронические боли в животе, причина коих наверняка гастрит, заподозрила неладное.
И попросила Сильвию помочь, потому что сама бы с планом по проверке своих подозрений не справилась никак. Кто бы сказал, чем это обернется, лучше бы ничего не пыталась сделать! Но, увы, предсказательниц у нас не водилось…
Для осуществления плана нам нужен был мужчина, подходящий под все наши критерии: раненый, имеющий проблемы со здоровьем (не на здоровом же тестировать!), суровый, но добрый воин (чтобы рука не поднялась на двух почти беззащитных кошек), одинокий (чтобы ревнивая вторая половинка не сняла с нас шкуры) и, конечно же, лояльный к Тефии, принцу и Адриану. Последнее особенно важно, потому что сожалеть о проделанном лечении не хотелось. Неосознанное добро приятно творить для хороших людей, а не для кого-то вроде казначея!
В общем, молодой воин под командованием Адриана, который прикрыл безродного мальчишку во время стычки с агрессивно настроенными воинами из другой страны, получив несколько трудноизлечиваемых ран и ослепнув на один глаз, подходил идеально.
Его-то мы и выкрали из собственного дома. Точнее, крала Сильвия в своем неизменном образе изящной белой кошечки, а я ожидала ее в условленном месте — тайной библиотечной комнате, прибежище Сильвии.
Бессознательный воин с трудом уместился в каморке, а нам пришлось остаться в кошачьем облике.
— Давай, — скомандовала Сильвия, заклинанием снимая с него рубашку и обнажая бугристые кроваво-черные подсохшие раны от магического меча. Наверняка еще и с примесью яда.
Ну да, надо же понимать, действуют мои силы или нет…
Я боязливо протянула лапу к огромной грубой мужской руке. Царапнула. Сначала осторожно, совсем чуть-чуть. И от этого чуть-чуть мужчина, находившийся без сознания, застонал.
— Да сильнее! Поверь, ему твои царапки вреда не причинят.
Ну и я царапнула от души, аж до крови, чувствуя себя ужасно неуютно. Мужчина внезапно распахнул глаза, попытался привстать и даже успел что-то прохрипеть, но Сильвия среагировала вовремя: прыгнула ему на груди и ударила лапой в лоб, отправив мужчину в сон.
— Работает, — сказала Сильвия, кивая в сторону раны, которая заметно посветлела. — Еще раз.
Я царапнула еще раз — уже куда сильнее.
— Что происходит? — возмущенно спросил мужчина.
Сильвия не растерялась и снова отправила его в нокаут.
— Похоже, Лейла, твои царапины не только лечат, но и выводят его из бессознательного состояния, определяя его как негативное, — сделала вывод Сильвия. — Ты можешь его разок расцарапать так, чтобы сразу все вылечилось?
Сразу… не получалось. Вот так и сидели мы, две кошки, белая и черная, рядом с мужчиной, который просыпался, пытался что-то сказать и сделать, отправлялся в сон и получал царапное исцеление…
Как мы тащили его обратно, как, едва не попавшись страже, бросили прямо в саду (на скамеечке и с подогревательными амулетами!), как прятались — это еще одна история.
А вот слухи о внезапно исцелившемся за одну ночь от ран, которые должны были заживать не меньше года, и прозревшем на безнадежно слепой глаз мужчине, который рассказывал о двух жестоких кошачьих демонах, похитивших его в ночи для своего черно-доброго дела, — совершенно другая. Он еще и от хронических головных болей избавился, что значит черного?!
Зато, поговаривают, с тех самых пор этот воин стал относиться ко всем кошкам с огромным благоговением, уважением и теплом.
