Уже в 30-е годы губернский землемер И. С. Иванов в своем «Атласе Псковской губернии» так характеризовал Новоржев: «Город Новоржев существует с 1777 года, но по удаленности местоположения, болотистому, песчаному грунту и совершенному неимению главной городской потребности – скотского выгона, весьма малую имеет промышленность и не подает никакой надежды к своему благоустройству». Под «промышленностью» Иванов подразумевал торговлю и промыслы.
Только оживленному тракту был обязан Новоржев своим существованием. Один из самых молодых городов губернии, он и возник вместе с этим трактом в конце XVIII века на берегах озер Росцо и Аршо, как административный и хозяйственный центр уезда, богатого обширными помещичьими владениями.
3 августа 1777 года вышел высочайший указ: «Правление Пусторжевского уезда, бывшее в Заволочьи, перевести в Аршанский стан на реку Сороть, яко в середину Новоржевского уезда и на большую из Пскова в Великие Луки дорогу, где и учредить город под названием Новоржев».
Пушкин не раз проезжал через Новоржев в 10-е и 30-е годы. Через Новоржев быстрее, чем другими путями, доходили до него важные известия из столиц. И он, и его тригорские друзья зачастую пользовались новоржевской почтой, хотя и отзывались о ней не особенно лестно. Анна Николаевна Вульф, например, как-то приписала в письме Пушкина к А. П. Керн: «Моих писем больше уже не вскрывают; они тащатся через Новоржев и иногда могут даже затеряться».
В Новоржевском уезде находились поместья некоторых из соседей, с которыми был знаком Пушкин.
В пятнадцати верстах от Новоржева, возле почтового тракта Новоржев – Остров, находилось богатое поместье уже знакомого нам Ивана Матвеевича Рокотова – Стехново. Господский дом, просторный, в два этажа, обширный парк с прудами и всякими затеями.
Есть основания полагать, что Пушкин в Стехнове побывал. Здесь мог он познакомиться и с находившимся поблизости примечательным историческим памятником – остатками древнего псковского пригорода Выбора.
Стехново граничило с таким же большим и богатым имением Масютино, принадлежавшим брату И. М. Рокотова – Николаю Матвеевичу, отставному гвардейскому полковнику, которого Пушкин знал еще по Петербургу.
В Новоржевском уезде находились владения Философовых, Креницыных, Шушериных, с которыми водили дружбу Н. О. и С. Л. Пушкины, а также село Жадрицы, где проживал с семейством кишиневский знакомец Пушкина генерал-майор Павел Сергеевич Пущин, имя которого оказалось в михайловские годы связанным с решением судьбы поэта.
Новоржевским помещиком с 1819 года значился Петр Абрамович Ганнибал, переехавший на постоянное житье из Петровского в Сафонтьево. Имение было небольшое, но все же за ним числилось 139 ревизских душ, около 30 человек дворни. Усадьба состояла из вместительного барского дома с садом и многочисленных хозяйственных построек.
По-видимому, дважды – осенью 1824 года и затем год спустя – в Сафонтьеве побывал Пушкин. 11 августа 1825 года он писал П. А. Осиповой из Михайловского в Ригу: «Я рассчитываю еще повидать моего двоюродного дедушку, – старого арапа, который, как я полагаю, не сегодня-завтра умрет, а между тем мне необходимо раздобыть от него записки, касающиеся моего прадеда».
В этот раз ему удалось получить хранившуюся у Петра Абрамовича копию немецкой биографии прадеда, которую видел еще в 1824 году, и начало автобиографических записок самого Петра Абрамовича. Как и предполагал Пушкин, вскоре, 8 июня 1826 года, в возрасте 84 лет, Петр Абрамович скончался и был похоронен на Пятницком погосте, в трех верстах от Сафонтьева[184].
Михайловское, Петровское, Воскресенское, Тригорское относились к Опочецкому уезду, и владельцы их назывались опочецкими помещиками. Иногда говорили «в Опочке», имея в виду «в Михайловском». Так, Василий Львович Пушкин сообщал Вяземскому: «брат Сергей Львович живет в Опочке», а Жуковский писал Пушкину: «Ты возвратишься в свою Опочку», письма адресовал: «Александру Сергеевичу Пушкину в Опочку».
Пушкин знал город Опочку лучше других «окрестных городков», потому что больше имел с ней дело, попадал туда чаще, и не только проездом, хотя было до нее дальше, чем до Новоржева, – 40–45 верст.
Опочка, с ее присутственными местами, судебными палатами, дворянской опекой и духовным управлением, больницей, богадельней, тюрьмой, девятью питейными домами, тремя винными погребами и двумя начальными училищами, была типичным уездным городом. Улицы почти все были немощеные; дома деревянные, в один этаж, лишь изредка встречались купеческие особняки побогаче – с мезонином и садом, обнесенным забором. Каменных строений насчитывалось с десяток – казенные здания, дома именитых купцов Порозовых, большой Спасо-Преображенский собор на площади (по преданию, построенный знаменитым Растрелли). Своеобразие городу придавали река Великая, здесь широкая, полноводная, обнимающая своими рукавами зеленый островок-городище, да многочисленные сады.
