Геккерен – низенький старик, всегда улыбающийся, отпускающий шуточки, во все мешающийся.
Граф А-н как-то сказал барону Дантесу:
– D'antes, on vous dit un homme a bonnes fortunes (Дантес, про вас говорят, что вам очень везет).
– Mariez vous, rn-r le comte, et je vous le prouverai (женитесь, граф, и я вам это докажу)!
От 19 до 27 октября 1836 г. Дантес был болен.
Пушкина чувствовала к Геккерену (Дантесу) род признательности за то, что он постоянно занимал ее и старался быть ей приятным.
Прелестная жена, которая любила славу своего мужа более для успехов своих в свете, предпочитала блеск и бальную залу всей поэзии в мире и, по странному противоречию, пользуясь всеми плодами литературной известности Пушкина, исподтишка немножко гнушалась тем, что она, светская женщина par excellence[159] – привязана к мужу homme de lettres[160], – эта жена, с семейственными и хозяйственными хлопотами, привела к Пушкину ревность и отогнала его музу.
Жена его любила мужа вовсе не для успехов своих в свете и немало не гнушалась тем, что была женою d'un homme de lettres. В ней вовсе не было чванства, да и по рождению своему не принадлежала она высшему аристократическому кругу.
Наталью Николаевну звали «ame de dentelles» (кружевная душа).
Посылая довольно часто к г-же Пушкиной книги и театральные билеты при коротких записках, полагаю, что в числе оных находились некоторые, коих выражения могли возбудить его щекотливость, как мужа… Выше помянутые записки и билеты были мною посылаемы г-же Пушкиной прежде, нежели я был женихом.