Бабушка Людмила, это мама моего отца. Жила она в Ульяновской области, Кузоватовском районе. селе Красная Балтия. Я почти каждое лето ездил к ней в гости. Помогал чем мог по хозяйству. Коровы у нее не было, зато были коза Любка и козлёнок Васька. В очередной мой приезд, а было мне лет 6, бабушке Людмиле выпало пасти деревенское стадо овец и коз. Те, кто держал коров – нанимали пастуха, а овец и коз пасли поочерёдно, по дворам. В то лето выпала наша очередь. Утром мы поднялись рано, и пошли к центру села, где собиралось стадо. Вообще пасти баранов и козлов легко – они всегда идут за вожаком, и мы погнали их и заброшенный колхозный сад и там расположились. Потом смотрю, ори какое-то соревнование, подхожу – на кусте наша сетка с припасами. Они выстроились вокруг неё и прыгают по очереди. Постепенно время подошло к обеду. Присели мы с бабушкой Людмилой под яблоней, достали наши припасы и приготовились обедать. Я взял бутерброд с маслом, приготовился его есть, а тут из-за спины наглая бородатая козлиная морда, выхватывает у меня из руки бутерброд и ходу! В общем удалось пообедать только на яблоне. До дежурили мы с бабушкой до вечера и погнали стадо домой. Вожаком был старый здоровый баран, его хозяева жили в начале деревни, но он каждый раз вёл всё стадо в центр села к колхозному пруду, где останавливался как, вкопанный. Наконец приходил хозяин барана, давал ему тумаков, после чего грузил барана на плечи и нес его домой.
Баран победно покачивал головой. Повторялось это изо дня. И посмотреть на этот аттракцион сбегалось пол деревни.
Мой отец родом из Ульяновской области, Кузоватовского района, села Красная Балтия, единственного компактного проживания латышей в России. Пересилили их туда в конце 19-го века, так оно и стоит по сей день. Желающих переехать на историческую родину почти не былою. Стоит село и сегодня, все давно считают себя русскими, об исторических корнях напоминают только фамилии, да имена: Карл, Виестур, Август, Ирма, Отилия и другие, также соблюдение народных латышских праздников и обрядов, среди которых особое место занимает Лыго (аналог русского праздника Иван Купала который даже празднуется и один день – 7 июля. Празднику дома украшаются цветами, кустами деревьев травой. В детстве, когда была жива бабушка Людмила – мама моего отца, я очень любил этот праздник. Когда лет в 5 в очередной приезд к бабушке началась подготовка к празднованию Лыго, мы с моей двоюродной сестрой Ирмой, которая была старше меня лет на 5, пошли в лес за цветами и кустами и стали рвать цветы на одной из лужаек. В друг слышим, бидончики позвякивают, и детские голоса послышались. Потихоньку выглядываем – две девчушки землянику собирают, одной лет 8 будет, а другой – лет 5. Ирма мне говорит: «Давай их напугаем!». «Давай, – говорю, а как?!». Ирма мне говорит: «Тут много кабанов водится давай говорит в кустах спрячемся, а как они подойдут затрясём кусты, словно кабан». «Давай!»: говорю. Сидим в засаде, ждём. Когда они подошли к нам метра на 4, мы с силой затрясли кусты. Такого эффекта мы не ожидали, старшая бросила бидончик, перепрыгнула младшую и стала быстро убегать. Младшая, увидев такое дело, бросила свой бидончик, и припустила за старшей. Мы с Ирмой хохотали минут 20. Затем подобрали брошенные бидончики, и пошли в деревню. Когда мы выходили из леса, старшая уже вбегала в деревню, а младшая отстала от неё метров на 300. Мы шли, хохоча всю дорогу. Роль кабанов нам удалась!
Село Донское Сакмарского района Оренбургской области, моя вторая родина, здесь прошло моё счастливое детство. Здесь я босоногим мальчишкой бегал по вечерам с хворостиной за коровами и баранами, а иногда и они за мной. Нём с деревенской ребятнёй я рыбачил, ловил раков, делал набеги на чужие огороды. Своих дедов у меня не было, полегли в 1942 и 1943. А ездил я к нашим хорошим знакомым дяде Феде и тёте Кате. Оба были выходцами из донских казаков. Дядя Федя прошел всю войну пулемётчиком, имел много наград и был весь изранен. Работал бригадиром в колхозе. И вот как-то на окраине села остановился цыганский табор, тогда ещё цыгане в таборах жили. Это сейчас живут во дворцах и наркотой торгуют, а тогда у них такого не было.
Мы быстро подружились с цыганской ребятнёй, они лихо отплясывали за приносимые нами с огородов огурцы и помидоры.
Как-то вечером к дяде Феде пришёл старый цыган и стал просить у него напрокат телегу. Дядя Федя телегу ему дал. «Ты зачем ему телегу отдал?»: напустилась на него тётя Катя. «Да завтра свадьба у них в таборе, после вернёт»: ответил дядя Федя.
