Глаза Максима резко почернели. Взгляд стал каким-то до ужаса чёрным. Таким я его ещё не видела. Он выдернул меня, словно тряпичную куклу и откинул в сторону.
- Садись в машину, - прорычал он.
- Но…
- Я сказал в машину, - он резко посмотрел на меня. Чёрный, как смерть взгляд, прожёг меня насквозь. Его лицо было до ужаса злым. Я отозвала собак и села в машину. Слава Богу, окно было открыто, и я могла слышать их и видеть.
- Я рад тебя видеть, Максим. Но мне нужно убить эту суку.
- Не смей её так называть, - прорычал Морозов. Я никогда не видела его таким злым.
- А то что? Убьёшь меня? Как всех людей, своих девушек… Так, да? А её ты тоже убьёшь, после того как она тебе надоест? Ну, так давай облегчим малышке жизнь. – Ухмылялся Игорь. Глаза Лобанова так же постепенно становились чёрными. Но не до такой степени, как у Максима.
- Заткнись! – заорал Максим и с такой силой прижал его к дереву, что по стволу пошла трещина. Неужели он настолько сильный?
- Ммм, я сморю, ты влюбился в неё. Напомнить, что было с последней? – хитро улыбался он. – Знаешь, я всегда тебя ненавидел, - прохрипел он после того, как Морозов ещё сильнее вжал его в дерево и дал в живот. – Ты всегда был сильнее меня, - о чём он, чёрт возьми? – Во всём сильнее. И вот тебе! Теперь поёшь в её группе. На моём месте! Она тебя любит! Но не знает о тебе ничего. Но, несмотря на это продолжает любить. Как тебе это удаётся? Такому убийце, как ты? Как тебе удаётся контролировать себя от ненависти? И я знаю, почему ты боишься. Потому что ты убийца. Киллер. Монстр, - засмеялся Игорь.
- А, знаешь, ты прав. Абсолютно прав. И тебя я убью. Когда-нибудь. А пока живи. И, кстати, передай Коксу, чтобы не подсылал мне своих людей. В противном случае, я пересчитаю им все кости. Я больше к вам не вернусь. Запомните это раз и навсегда, - уже спокойно проговорил Максим. Его глаза были такими же чёрными. Он направился к машине, но на полпути остановился.
- Вот, блин, забыл, - усмехнулся он и повернулся к Игорю. Быстро сократив расстояние, он ударил ему в челюсть. – До скорой встречи, - ухмыльнулся он и сел в машину.
Больше пятнадцати минут мы ехали молча. Он включил музыку. Я прислушалась к начальным аккордам. Это же моя любимая песня. «Lumen» - «Сид и Нэнси».
- Всё хорошо? – тихо спросила я.
- Нормально, - отрезал он, даже не посмотрев на меня. – Сейчас завезём твоих псов и поедем ко мне. – Я невольно вжалась в кресло. Он на минуту прикрыл глаза, будто от боли.
- Не бойся. Я ничего тебе не сделаю. Обещаю, - прошептал он. – Дотронься до меня. Пожалуйста. Мне нужно это.
Я протянула к нему руку и погладила по щеке. Чернота куда-то исчезла. Теперь этот взгляд был изумрудно-тёплым. Тот взгляд, который я знала…
========== Часть 13 или “Откровения”. ==========
POV Лиза.
Я сидела в комнате Максима на краю его кровати в позе лотоса. Признаюсь, честно, он меня пугал. Максим стоял в центре своей комнаты и пытался что-то мне сказать, но как только он отрывал рот, то сразу же закрывал его. Это проделывалось несколько раз. Он беззвучно выдохнул и посмотрел на потолок, беспомощно ища нужные слова в куске цемента. Сейчас он выглядел таким растерянным, маленьким и испуганным мальчишкой. Мне так захотелось его обнять, но как только я решила встать, Морозов жестом остановил меня.
- Мы так и будем находиться в тишине? – попыталась спросить я. От долгого молчания, голос охрип. Было такое ощущение, что я рыдала несколько часов без передышки.
- Ладно, - так же охрипши, проговорил Максим. – Эта татуировка, - он оттянул ворот рубашки, показывая своё тату. Я не понимаю, к чему всё это? - набита, вовсе, не по пьяни. Ты же знаешь, что я приёмный, ведь так? – его взгляд прожёг меня насквозь.
- Да, - с небольшой запинкой проговорила я.
- Знаешь, я всегда был злым. Не знаю почему. Наверное, из-за моей родной матери. Она, кстати, была блондинкой, - я машинально дотронулась до волос, - нет, нет, не сравнивай её с собой. – Резко проговорил Максим, будто прочёл мои мысли. – Ты другая. Так вот, я ненавидел её с детства. Когда-нибудь ты узнаешь почему. Но дело не в этом. Она сотворила из меня монстра. С юных лет я пытался бороться с ненавистью, которая, буквально, поглощает тебя, когда люди делают не так как надо. От гнева не спрятаться и не убежать, понимаешь? В этом состоянии я могу убить. Я, сначала, пытался остановить это, но не мог. Злость, ненависть, гнев накрывали меня. Это всё было направлено на одного человека. Мою мать, - это выражение он произнёс с сарказмом и некой сумасшедшей ухмылкой. – Она умерла от передоза наркотиками. Как только умерла она, умер и отец. Чему я был несказанно рад. Я в этом не замешен. Знаешь, было страшное состояние. Ну, умерли и умерли. А, ведь, мне тогда было всего восемь лет. Представляешь? Восемь лет, а я не чувствовал боли. Вообще. Это было очень не привычно и ужасно страшно. Твои родители умерли, а тебе все ровно. Тогда я понял, почему бы мне не попробовать убить? Но, здравый смыл, который оставался во мне, решил подождать до четырнадцати лет.
