Ела совсем не хотела идти к Осьминогу и просить его починить велосипед. К тому же она росла девочкой красивой и уже понимала, какую реакцию она получит от этого похода. Ей не нравились мальчики из её села – грубые, глупые, часто жестокие, и она не торопилась заводить с кем-либо даже совсем невинные отношения. Это не мешало мальчишкам продолжать подкатывать к ней, снова и снова получая отказ. Ела понимала, что поход к Осьминогу даст почву обиженным кавалерам для травли и оскорблений в её адрес. Она решила действовать умнее. Пусть сам Осьминог предложит ей помощь, тогда она деланно-брезгливо и максимально отчуждённо позволит ему. Хорошо бы ещё, чтобы он сам потом привёз велосипед к её дому, и их общение закончилось одним разговором на улице. Тогда бы она могла сделать вид, что Осьминог сам навязался и она милостиво, по-королевски согласилась, при этом использовала его, как раба, никак себя не очерняя.
План был хорош, и Ела приступила к его осуществлению. Она надела лучший сарафан, в котором она точно знала, что выглядит невероятно привлекательно, взяла свой сломанный велосипед и стала возить его по улице туда-сюда. Когда она встречала знакомых, то, здороваясь, не забывала громко пожаловаться: «Да вот, сломался». Так она ходила целый день до самого заката, потом ещё день, а затем третий. На четвёртый день она поняла, что сама становится посмешищем для односельчан. Тогда она решила сменить тактику. Ела дождалась, когда Осьминог пойдёт за водой, и будто бы невзначай остановилась у колодца.
Горан не обратил внимания на односельчанку, будучи занят воротом, наматывающим тугую цепь. Однако Ела так громко вздыхала и ругалась на сломанный велосипед, что он невольно стал прислушиваться.
– Чёртова железка, – кричала Ела, – отнесу тебя на свалку, не посмотрю, что ты дорогой и современный. Не хочешь меня везти, ломаешься, так вот, выкину тебя, и всё. Почему ты не едешь? Почему?
Горан лишь глянул через плечо на причину стольких эмоций девочки.
– Может, колёса у тебя спустило, – не теряла надежду Ела, – может, рама прогнулась? Не понимаю, почему ты стоишь. Педали крутятся, а сам не едешь.
– Может, цепь слетела? – неохотно предположил Горан, который совсем не хотел лезть не в своё дело и боялся отповеди, что суётся куда не просят.
Однако, к его удивлению, девочка не стала на него фыркать, а, словно бы прислушавшись, начала разглядывать велосипед, приговаривая:
– Цепь слетела? Наверное. Ох, глупая я девчонка, знала бы я, что такое цепь и откуда она слетает, обязательно бы всё исправила.
– Давай я посмотрю, – ставя на землю ведро с водой, предложил Горан.
– Вот ещё, – сказала Ела, – сделаешь вид, что можешь починить, а потом задаваться начнёшь, ко мне полезешь.
– Нет так нет, – пожал плечами Горан и, подняв вёдро, повернулся, чтобы уйти.
– Подожди! – в отчаянии крикнула Ела, – извини. Просто все мальчики такие глупые, у них одно на уме.
– Что на уме? – не понял Горан.
– Будто ты не знаешь, – ухмыльнулась Ела.
– У меня ветряки на уме, – сказал Горан. – Всё время думаю, как бы сделать так, чтобы можно было освещать всю улицу и при этом не пользоваться бензиновым генератором.
– Ясно, – смутилась Ела. – Я вообще другое имела в виду. Ну, да бог с ним. Скажи, а ты, правда, в велосипедах разбираешься?
– Я много в чём разбираюсь. Велосипеды – это не самое сложное.
– А можешь посмотреть, что с моим?
– Да что его смотреть, – важно заметил Горан, разглядывая велосипед, – тут и так видно – цепь порвалась.
– А ты можешь её починить?
– Вообще-то могу, – почесал затылок Горан. – Только тут звено раскололось – варить надо. А аппарат сосед взял до вечера. Если ты мне его оставишь до завтра, я починю.
– Конечно, оставлю, – сказала Ела. – Только вот… У меня совсем нет денег. Может, я могу тоже что-то для тебя сделать?
– Не надо ничего, – отмахнулся Горан. – Довезёшь велик до моего дома, а то мне ещё воду тащить.
– Да, довезу, – согласилась Ела, которая на радостях, что её железного коня починят, совсем забыла про свой план, где она нехотя позволяет себе помогать.
По дороге к дому Горана она всё время посматривала по сторонам – не заметит ли кто их вместе. Люди встречались, но никто не обращал внимания на такой мезальянс. И вдруг, у самого дома Осьминога им встретился Стефан – юноша, который не раз подкатывал к Еле и который был одним из самых задиристых из её знакомых. Ела тяжело вздохнула и опустила голову. Теперь уж точно, подумала она, по селу пойдёт слух про неё и Осьминога. Этот Стефан из вредности ещё и напридумывает всяких гадостей, чтобы совсем очернить её.
– Здравствуй, Горан, – поздоровался Стефан с Осьминогом, Еле лишь приветственно кивнув.
– Добрый вечер, – ответил Горан. – Твой насос почти готов, – продолжил он, – надо только сделать опрессовку.
– Серьёзно? – радостно воскликнул Стефан, – я думал, с ним уже ничего нельзя сделать. Отец мне уже голову готов за него оторвать. Новый-то, сам знаешь, стоит совсем недёшево.
