Прослушав штук двадцать длинных гудков, он совсем уж было собрался прекратить попытки дозвониться, как на звонок наконец-то ответили. Да так, что пришлось отдёрнуть телефон от уха. В трубке что-то громыхало, потом послышалось тихое чертыханье. И только потом "Алло" с горестным вздохом в начале. Он попытался извиниться, не зная сам за что, потом предпринял попытку представиться, что получилось еще хуже. В конце концов, услышав "Татьяна Ильинична" в его сумбурной фразе, девушка на том конце провода сама догадалась, кто говорит. Он выслушал поток вопросов и такой же поток ответов на эти вопросы, заметив, что фразы девушка строит правильно, даже с некоторой изящностью. Это уже говорило об образованности собеседницы, а ее объяснение и рассказ той же истории, которую пересказывала ему мама, вселяли надежду на ее правдивость. Объяснив, что книгу завезет сам, он попросил дать ему адрес и назначить удобное время. Собеседница относилась к тому же типажу, что и мама, с легкостью выложив незнакомому человеку, по какому адресу она проживает, и в какое время бывает дома. Почувствовав легкое раздражение от столь наивного доверия, и буркнув, что заедет завтра, он повесил трубку, все еще держа ручку в руках. Перечитал адрес, который показался ему знакомым. Попытался представить, где находится дом "замечательной девушки". И замер, не в силах поверить.
Нет. Не может быть. Так не бывает. Сколько бы он не повторял эти фразы себе, все они потеряли всякий смысл, лишь только на свет показался тот самый листок, который передал ему друг. "Не потеряй ее хотя бы на этот раз",- сказал он тогда. Адреса были похожи как братья-близнецы. Только почерки разные, да цвет чернил.
Бросив оба адреса на стол, он даже попятился. Потом сел на диван и усмехнулся, пробормотав: "Обалдеть. Мечта".
Просидев, словно ударенный пыльным мешком, минут пять, он вскочил и набрал номер мамы. Спросил, как выглядела ее гостья, и, выслушивая описание с закрытыми глазами, воскрешал подернутый дымкой образ, уже чувствуя, как в груди разливается жидкое золото. Потом сказал, что договорился и все хорошо и положил трубку, полностью уверенный в идентичности девушек. Душа пела. Хотелось смеяться или врезать кому-нибудь по-дружески. Бежать к ней. Не ехать, а именно бежать. Так, чтобы ветер в лицо. "Мальчишка",- сказал он сам себе и расхохотался. Он просто был счастлив и осознавал это. Потом заставил себя успокоиться. Завтра. Завтра. Все будет завтра. И, взяв с полки нужную книгу, положил ее около выхода.
9
