Пошли мы с Никитой до магазина, идём, болтаем. Оглянулся я, а Колька за нами тащится. Когда я маленький был, у бабушки кот жил. Так если его не закрыть, он обязательно за тобой увяжется. За бабушкой и в магазин, и в лес ходил. Такой прилипчивый. Вот и Коля тянется за нами. А я-то думал, он посидит, баньку и наши вещи поохраняет. Дошли мы, значит, до магазина, потрепались с весёлой продавщицей Веркой. С Никитой она, видать, накоротке, а я-то её в первый раз видел. Шустрая бабёнка, за словом в карман не полезет. Идём мы весёлые, предвкушаем новое застолье. Благо, мешать некому. Мы с Коляном жён в Турцию отдыхать отправили, а сами к Никите в баньку. Не нужен нам берег турецкий. Коля идёт за нами, улыбается чему-то своему. Вдруг у Никиты хохот будто отрезало. Вижу, накрыло его не по-детски, и лицо у него будто оплывает: не просто выражение меняется, а всё уходит куда-то вниз. Смотрю на него, смотрю, куда он смотрит. И тут до меня доходит, бани-то нет. А там наши вещи, закусь опять же. Никита вдруг по карманам хлопать начал и говорит:

– И не позвонить даже, телефон в бане оставил…

Кому он звонить собрался, интересно. А Колька стоит, улыбается. Вот чё, спрашивается, разулыбался, смайлик неопохмелившийся. Если б не попёрся за нами… то нам бы сейчас и его вместе с баней пришлось искать.

Сели втроём на берегу, стали думать. Кудыть баня задевалась?

И тут подъезжает джип, выскакивают два мордоворота и один лысый шибзик и давай Никите руки крутить. Я на них, но меня быстро к травке фэйсом придавили, лежи и не дыши. Слышу, как Никиту бутузят и бабло нехилое требуют. А Колян как сидел на чурбачке, так и сидит, философски на это безобразие смотрит, чему быть, того не миновать.

Предприниматель Александр – любитель поговорить, ему нравится внимание слушателей. Он в меру ироничен и внимателен к деталям, пытается оценить состояние собеседников, понять, что происходит вокруг. Речь его, не лишённая образности, пестрит жаргонными словечками.

А чё он дразнится? Пусть сам и рассказывает! Я и говорю, пошли мы с пацанами купаться на речку. Кстати, мне уже десять исполнилось. А Гришка зовёт, пойдёмте, я место классное покажу. Мы и дёрнули. Добежали до отмели за мысом. Идёшь, идёшь, и всё по пояс. Надоело просто идти, стали брызгаться, дурачиться, вдруг вижу, около того берега дом. Я говорю Гришке, ты же рассказывал, что никто не живет, а тут дом. Он божится, что в прошлый раз не было. А прошлый раз позавчера был. Как же так быстро кто-то поселился? Решили сплавать, посмотреть. Приплыли, а заходить страшно. Ну, я пошел, будто попить попросить, а там никого. Залезли внутрь, а там не дом, а баня. Вещи чьи-то раскиданы.

Гришка под лавку залез и орёт:

– Сумка, сумка!

А Витька:

– Да не сумка это, борсетка. Моему бате такую на днюху подарили, он в ней документы носит. Давай посмотрим, чья баня, может, там паспорт хозяина лежит.

Открыли, видим – бумажки зелёные. Витька говорит:

– Это деньги, которые доллары называются.

В такой маленькой сумочке так много бумажек, что мы посчитать не смогли. Взяли одну бумажку с цифрой 100, и решили купить мороженого на всех. Подумали, что должно хватить. Остальные отдали Витькиному отцу, он конюшню строит. Ему надо.

Игорёк – мальчик десяти лет, признанный лидер среди сверстников. Старается выглядеть серьёзным и важным. Во время рассказа комично надувает щёки, а в случае затруднения выбора слов шумно выдыхает. Недоумевает, почему взрослые такие непонятливые, поэтому старается всё пояснить, как может.

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги