— Чего уж теперь, оба лохами оказались. А все-таки с девушками здорово было, ну, до поры до времени. У меня опыт маленький, но такой у меня точно не было никогда…, - взгляд Сергея подернулся мечтательно-влажной пеленой.
— Да уж… Девчонки нам редкие достались; такие сладкие, красивые и такие… сучки!
За окном больше ничего не происходило, лишь темная мусорная куча на дороге напоминала о недавней баталии.
— А ты видел как у них: одних добили, другие встали и пошли, — Сергей озадаченно чесал подбородок. — Мне вот с перепугу в туалет приспичило. Унитаз на месте, не работает наверно как всё остальное в нашей квартире, но не в угол комнаты же гадить. Блин, тут все серо — на улице цветное.
«И мы в цвете. А в прошлый раз всё было серое кругом, и мы тоже», — в отсутствие товарища, Алекс, отвернувшись от окна, предался невеселым думам. Он осторожно подпрыгнул на месте; прыжок оказался обычным, не лунным. — «Хм, все чудоватей и чудоватей…»
— Эл! — с открытым ртом и выпученными глазами примчался Сергей. — Там это…, всё опять гнуться начало! Воды в бачке нет, но когда я мочился, под струей прогибаться стало, а потом пропала… Ну, моча, в смысле. Попробуем выйти отсюда?
Ничего не говоря, Алекс надавил на окно. Оконная рама и стекло, то есть то, что должно было быть тем и другим, немного прогнулись. Снова чуть подпрыгнул. На этот раз прыжок получился круче, он чуть было не уперся макушкой в потолок.
— Смотри Эл, смотри в окно, там снова все серое. Ой-ё, снова эта бандура плывет!
На высоте примерно десятиэтажного дома посреди проспекта висел знакомый веретенообразный аппарат. Вот он медленно проплыл над останками взорванной зеленой боевой машины, и куча мусора пропала, будто, не было ее и вовсе. Вслед испарились, исчезли ко всем чертям собачьим, трупы зеленых монстросолдат. Парящее устройство остановилось.
— Ой, б… они сейчас опять нас шарахнут, — только и смог прошептать Сергей.
— Дым появился, туман! — Алекс не знал радоваться или огорчаться привычному уже для них явлению. Слишком быстро стали происходить события; словно они попали в старинный детский калейдоскоп со стекляшками, где каждое встряхивание игрушки выдавало новый ещё более затейливый узор.
На этот раз туман поглотил их мгновенно, р-р-раз и всё. Но переход в другой мир не происходил. Им пришлось испытать то, что уже испытывали боевые супруги. Спокойствие, бесконечность, радость, отсутствие времени и материального. Ненужность думать, действовать — нежелание этого. Вечно спокойно, вечно хорошо. И так же, в этой ласковой безвременной бесконечности, пришедшее грустное, но не горестное осознание; это состояние, и их пребывание в нём заканчивается.
— Когда мы…, когда нам надо это сделать? — мужчина обхватил руками виски. Взгляд на Инну — лицо женщины теперь выражало отрешённую готовность. Он знал это состояние — так жена выглядела перед ответственным заседанием в мэрии или перед выходом на охоту; сама, телесно, еще здесь, а мысленно уже в деле. «Она уже всё для себя решила… И этот хитрый «божище» нам придумал, как задачу облегчить, мысли лишние изгнать; дескать, цель наша сама виновата в своем приговоре, нас вот, например, убить хотел…»
— Прямо сейчас. Мы попадем на место консервативным для вас способом. На летательном аппарате, невидимом для «эдвансов». Что-то вроде вертолета, беззвучного и неосязаемого. Более быстрый метод перемещения нежелателен для вас, может негативно отразиться на ваших физических, и, даже, умственных способностях. Кратковременно, и, необязательно, но раз существует такая вероятность, то не стоит рисковать. Возьмите ваши замечательные винтовки из машины, захватите еще и бинокли, которые вам тоже по случайности достались… — Игл встал со своего парящего кресла. Супругам больше не осталось ничего, как последовать его примеру.
Сквозь частые щели в потолке и стенах и раскрытую дверь, в сарай щедро проникал солнечный свет. «Лэнд Крузер», стоящий посредине, запыленный и запачканный, но при этом весь в солнечных лучиках, являл собой брутально-пасторальную картинку — хоть сей момент на рекламный плакат. Инна с Борисом не особо бодро, но всё же, без лишнего промедления, подошли к багажнику верного железного коня. Из под колеса джипа их робким мяуканьем приветствовал Ади.
Инна наклонилась, взяла котика на руки, погладила пушистую головку. Хорошо, что есть такое глупое существо, которому ничего от тебя не надо, кроме ласки и корма. Остается надеяться, что хоть кошки настоящие, без «их» «божественных» прибамбасов… Адидас благодарно муркнул, но на руках сидеть отказался, вывернулся черной дугой, так, что Инна вынуждена была его сразу же и отпустить. Да и некогда котейку наглаживать, у них задание…
