Поднявшись из кресла, мужчина неспешно направился к дверям, открывая их сразу. Он был готов привычно отказаться от всего, но проглотил уже заготовленную речь, когда увидел на пороге светловолосую женщину в кремовом пальто.
- Цунаде, - улыбнулся Орочимару, пропуская её в свое жилище. - Чем могу быть обязан вашему визиту?
- Не стройте из себя джентльмена, - усмехнулась женщина, останавливаясь напротив него. - Мы оба знаем, что вам мой визит, как ножом по стеклу.
Пожав плечами, Орочимару зажёг в коридоре свет, рукой указывая на гостиную:
- Проходите.
Просторная гостиная встретила неярким светом и запахом кофе. Кажется, Орочимару забыл открыть окно, и к этому аромату примешался ещё один - сигаретный дым.
- Вы предпочитаете проводить выходной в уединении? - улыбнулась Цунаде, снимая пальто и укладывая его на спинку кресла. Сама же остановилась за ним, пристально наблюдая за мужчиной. Орочимару казался ей очередным пациентом, которого следовало разболтать. Только вот и она для него была чем-то вроде больной, которая до сих пор отказывалась признать свой недуг.
Они оба отгораживались от внутренней боли стеной из работы, кофе и сигарет.
- В уединении человек познаёт самого себя, - задумчиво произнёс мужчина, выставляя на журнальный столик вторую фарфоровую чашку и кофейник. - Желаете кофе?
- Благодарю.
Обойдя кресло, женщина плавно опустилась в него, поглядывая по сторонам. Орочимару жил в довольно дорогой квартире. И мебель здесь была хорошая, и ремонт удачный…но вот не было в этих стенах жизни. Его рабочий кабинет показался Цунаде более живым.
- Вы пришли поговорить о Саске?
Он отставил кофейник в сторону, сев в кресло напротив, и Цунаде сдержанно кивнула. Она не спешила говорить или пить кофе, сидя так непринуждённо, словно это он, Орочимару, пришёл к ней на приём выворачивать свою душу наизнанку.
- Я слышал, что он поправляется, - усмехнулся мужчина, откидываясь на спинку кресла и складывая руки на груди.
- И я слышу в вашем голосе иронию.
Орочимару пожал плечами.
- Саске не может выздороветь.
- Но факт в том, что он уже ходит…и зрение практически вернулось.
- Это упрямство. И оно до добра не доведёт.
Цунаде как-то резко подалась вперед, пристально вглядываясь в бледное лицо и щуря глаза. Её вид приобрел какие-то хищные черты, и всего лишь на миг Орочимару показалось, будто женщина видит его насквозь.
- Отчего вы так пессимистично настроены? Почему не верите в него?
- Я копался у него в мозгах, Цунаде. И я видел их.
- Но прошло уже достаточно времени…
- О чём вы хотели поговорить, - резко оборвал он её, поднимая со столика кружку. - Вам нужны советы, характеристики, выписка из его личного дела?
- Мне нужно знать, что у него было с тем парнем. Светловолосым.
- Наруто, - понятливо кивнул Орочимару.
- Кажется, он не называл его имени.
- Этот парнишка, - задумчиво произнёс Орочимару, отпивая горького кофе. - Привязался за Учихой и был с ним…достаточно времени, чтобы испытать на себе все прелести медленного угасания его разума.
- Но Саске сказал, что этот…- Цунаде поморщилась, пытаясь вспомнить имя. - Наруто…влюбился в него.
- Вполне может быть, - пожал плечами Орочимару. - Я не отрицал такого развития событий, учитывая обстоятельства.
- Обстоятельства? - вздёрнула брови женщина.
- Бросьте, не мне вам рассказывать, что многие из нас способны на глупости, когда речь заходит о смерти. Мы можем связать себя узами, что покрепче дружеских, с умирающим лишь из-за жалости к нему и…
- И?
Орочимару многозначительно ухмыльнулся:
- Из-за осознания того, что…всё дозволено с этим человеком. А почему бы и нет? - он вновь пожал плечами. - Он умрёт, а в каждом из нас сидит тяга к…запретному плоду.
- Вы клоните к тому, что Наруто был с Саске только из-за…каких-то там желаний? - нахмурила лоб Цунаде. - Даже я, психолог, не верю в это.
- А вы представьте, - усмехнулся Орочимару. - Когда человек умирает, то вместе с ним уходят и воспоминания о содеянном, чувство вины перед собой, перед ним. Нет человека - нет проблем. Нет факта содеянного.
- Это очень цинично.
- Таковы люди. Скажите…
Орочимару отставил кружку в сторону и развёл руками.
- Они общаются сейчас?
- Нет…наверное. Саске пошёл в институт…
- Вернулся? - хмыкнул мужчина. - Это…это печально.
- Отчего же? Парень хочет вернуться к своей прежней жизни… - улыбнулась Цунаде, чувствуя, что против этого вечному скептику будет нечего сказать.
Но она ошибалась. Слишком хорошо Орочимару знал, что чудес не бывает. И силы нам зачастую даёт даже не желание вернуться, а желание исправить. Или уничтожить. Ведь нет человека - нет воспоминаний.
- Саске не из тех, кто захочет вернуться ради общества.
- Разве?
- Поверьте.
Орочимару поднялся, отходя к окну и отодвигая занавеску. Скорее машинальное действие, нежели ему стало интересно, что происходит на улице.
- Я был на его месте.
От такого признания Цунаде даже забыла нахмуриться.
Она-то думала, придётся вытаскивать из доктора всё по крупицам, а тут…
- И я знаю, куда движутся его мысли. Но…это ни к чему хорошему не привело.
- В смысле…вы были на его месте? Вы были больны?
- Не я, Цунаде…
***
