Но нельзя остановить падение.
Холод чужих взглядов прошёлся по телу, замораживая до последней клеточки. Наруто мигом почувствовал, как вспотели ладони, но не от того, что их видят, а от того, как сильно забилось сердце. Как захотелось обнять, вжаться лицом в шею, вдохнуть этот горький запах и почувствовать жёсткие волосы под пальцами. Непослушные, как леска, впивающиеся в кожу при малейшей попытке ласково по ним провести.
Как и сам Саске - холодный, жёсткий и чужой. Он сам состоит из лезвий, режет, пронзает, пускает кровь. Но эта боль…
Наруто потянулся ближе, цепляясь пальцами за его кожанку, впиваясь в неё отчаянно. А в ответ на его плече также сильно сжалась худая рука, обжигая холодом даже через куртку.
Это было так…странно.
Ничего не мешало кому-то поднять камень и бросить в них, повинуясь тому тоненькому голоску в голове, что шепчет:
«Так нельзя, так неправильно, извращенцы».
Саске отстранился раньше первого удара. Учиха выдохнул, будто бы всё это время находился под водой и уже почти успел захлебнуться.
- Ты…
Взгляды действительно были. Но какие-то затравленные, косые. Люди боялись, увидев грязь, испачкаться в ней лишь просто посмотрев. А другие спешили изменить направление своего движения, словно увидели перед собой очаг чумы и слабый ветер может перенести на их кожу эти тлетворные споры болезни.
Уголки губ Саске дрогнули, словно бы он хотел улыбнуться, но потом Учиха поднялся, рассеивая это наваждение.
- Пойдём.
Забыв про яблоки, про взгляды, Наруто двинулся следом за Саске, зацепившись за рукав его куртки.
Разговоры…
Они были не нужны.
Падая, трудно перекричать шум ветра.
***
Орочимару, поставив на стол бокал с виски, устало откинулся в кресле. В последнее время его жизнь начала напоминать американские горки, а это совершенно не вписывалось в размеренное существование. Привычное, как по графику.
В его ежедневнике были расписаны все встречи, их время, телефоны и имена тех, с кем мужчина должен был поговорить в тот или иной день. Но там не было пометки о сожалении, разочаровании или грусти.
Эмоции - слишком сложное явление, чтобы Орочимару мог позволить себе тратить душевные силы на эти трепыхания в груди.
Вся эта история с Учихами слишком затянула его, сделав невольным участником спектакля, которого приковали к сцене цепью. Она достаточно длинная, чтобы позволять своему пленнику время от времени скрываться в тени занавеса, но слишком прочная, чтобы он сумел разорвать её и освободиться. Придётся досмотреть представление до конца, выйти на поклон и не забыть забрать цветы.
Если они будут.
Спасая чужие жизни, Орочимару не понимал, каким образом столькие хорошие люди получают этот ядовитый подарок - болезнь. Почему они, а не он? Почему тот, кто не имеет сил закончить всё своими руками, но заслуживает мучений больше всех пациентов этой клиники, продолжает жить? Сколько не трави себя алкоголем - печень здорова. Сколько не кури - рак лёгких всё ещё есть лишь на буклетах больниц. Сколько не проси смерти - никто не ответит.
Потому что некому.
Жизнь - трамвай, а смерть - конечная станция. За ней ничего, только безликая пустошь.
А он всё стоит в очереди за билетом, но она слишком длинная.
А касса, как всегда, работает только до пяти вечера…
***
К дому Нагато путь показался в двое дольше. И не из-за того, что Саске пошёл совершенно другой дорогой, а просто…они не спешили.
Наруто удивлялся, откуда Учиха знает этот район, ведь даже он, Узумаки, любитель погулять в компаниях, не знал и половины тех переулков, которыми шёл Учиха.
Пару раз Наруто хотел было заговорить с Саске, но тот, словно чувствуя это, слегка поводил рукой, за рукав которой блондин вцепился намертво. Лицо Саске было спокойным, близким. Он был рядом, но…
У подъезда Узумаки всё-таки потянул за рукав, вынуждая брюнета остановиться и посмотреть на него из-под глубокого капюшона куртки. Глаза парня странно бликовали, ловя свет уже начавших зажигаться уличных фонарей.
- Всё нормально? - осторожно спросил Наруто.
- Узумаки, прекрати, - поморщился парень, отстраняясь и усмехаясь. - Насколько может быть в порядке один умирающий псих и второй здоровый идиот?
Наруто сдавленно хохотнул и прошёл следом за Учихой в тёмный подъезд.
В квартире Нагато было непривычно ярко, и жёлтый свет резанул по глазам Саске, заставив зажмуриться и едва не налететь спиной на вошедшего следом Наруто. Только потом Учиха услышал звуки музыки и чьи-то голоса.
Выбежавший из зала Пэйн радостно бросился к замешкавшемуся в дверях Узумаки и едва не вытолкал того обратно в подъезд, но вовремя подоспевший красноволосый резко выкрикнул:
- Фу!
От властного окрика застыл даже блондин, придерживая так и не закрытую до конца дверь.
- Заходите, - поторопил их хозяин квартиры, придерживая пса за ошейник. - Ко мне тут с работы пришли…
- Мы не помешаем? Можем пойти ещё походить, - промямлил Наруто и Саске резко закрыл дверь за него. Громкий хлопок заставил блондина вздрогнуть и неожиданно посмотреть на парня, от которого буквально-таки осязаемо веяло раздражением.
