– Ой! – воскликнула Айрис и сразу сникла. – Ничего-ничего. Завтра… – начала она и нахмурилась. Похоже, Сэм нажал «Отбой».
– Ты в порядке? – спросила я.
– Естественно, милая, – вымолвила Айрис, натянуто улыбнувшись. – Сэм должен был заскочить сегодня вечером, но у него возникли непредвиденные трудности на работе. Дел у него сейчас очень много, – добавила она, оправдываясь, словно подросток.
Я смекнула, что Айрис просто повторяет отговорки Сэма. Неужели в их отношениях наступило охлаждение, подумала я? Получается, что и он ведьму испугался?
Эллен покосилась на меня с многозначительным видом. Айрис это заметила.
– Ради всего святого! – взмолилась она. – Сэму до праздников проект надо закончить. Почему вы такие подозрительные?
– Нет дыма без огня, – парировала я. – А если Сэм тебя обидит, я ему голову с виноградину сделаю.
– А я – уменьшу парню то, чем он постоянно думает, – добавила Эллен.
Айрис прыснула, как девчонка, прикрыв рот руками.
– Никому ничего не уменьшаем! И не забывайте, «мыслительный» процесс Сэма меня вполне устраивает.
Я порадовалась, что Эллен смогла прогнать тоску сестры: теперь Айрис искренне веселилась.
– Все чудесно. Сэм просто устал.
Улыбка исчезла с ее лица, и она жестко поглядела на нас.
– А сейчас забудем о карте и приготовимся к предстоящему ужасу. Нас ждут магазины: День благодарения – не за горами. Вперед!
Но Эбигейл тоже не заставила себя ждать.
– Если Мерси свободна, позвольте мне ненадолго ее забрать у вас, – произнесла Эбби, застыв на пороге кухни. – У нас кое-что проклюнулось. Думаю, Мэйзи готова поговорить про… тот день.
Я невольно напряглась. Да… Эбигейл не требовалось уточнять. Она имела в виду тот роковой момент, когда Мэйзи должна была стать якорем грани, но устроила нам сущий ад. Вместо того чтобы согласиться на роль якоря, которая вроде бы была уготована Мэйзи с рождения, она восстала против всех ведьмовских кланов и отдала меня Джексону, чтобы демон принес меня в жертву. Моя смерть могла дать ей дополнительную энергию. Мэйзи жаждала получить полный контроль над гранью, отняв ее у других якорей и забрав себе всю магию. Я съежилась в кресле, но постаралась отогнать жуткие воспоминания. Мне совсем не хотелось прокручивать их в голове и тяготиться прошлым. Зачем мне лишний груз на сердце? Чтобы снова жить рядом с сестрой, я должна подавить в себе всю боль, которую я ощутила после предательства Мэйзи. Но только сейчас я осознала, что мне надо еще очень многое ей простить.
У демона тоже были свои планы. Он собирался подставить Мэйзи, украв энергию грани для своих целей. Хотел с ее помощью освободить своих соплеменников-страшил, заточенных между измерениями с тех пор, как была создана грань. Однако в последний миг ситуация изменилась. По какой-то причине Мэйзи заколебалась, и грань не причинила ей вреда, проявив милосердие и просто перебросив мою сестру из нашей реальности в иной мир, где Мэйзи никому не могла навредить.
Хило предупреждала меня, что не стоит искать Мэйзи, поскольку она ведь действительно пыталась убить меня, а другие якоря вообще запретили мне ее поиски, не говоря уже о спасении. Решимость моей семьи воспротивиться запретам грянула как гром среди ясного неба: наше неповиновение даже официально назвали «Бунт Тейлоров». Однако грань защитила Мэйзи, а не наказала ее, а потом помогла мне вернуть сестру домой. Это было для меня доказательством того, что, вопреки всему, я оказалась права. Я поверила в Мэйзи и решила забыть о сделанных ею ошибках.
Воспоминания о том, что произошло со мной, начиная со дня солнцестояния, когда я наткнулась на тело Джинни, вихрем закружились в моей голове, и я погрузилась в размышления. Неужели прошедшим летом я сомневалась в своих чувствах к Питеру, думая, что влюблена в Джексона? Поддельное чувство казалось мне столь реальным, что я пошла на перекресток к матушке Хило, желая, чтобы та сотворила приворот, который бы отвратил меня от Джексона и расположил к Питеру. Позже я узнала, что вся эта кутерьма была частью сложной и запутанной лжи. На самом деле я испытывала любовь не к Джексону, а к магической силе, которой меня лишили и отдали ему. Мэйзи кормила Рена моей энергией, помогая ему расти и развиваться, до тех пор пока он не смог принять облик Джексона. Меня влекло к собственной магии, которую я приняла за любовь к мужчине.
