– Может, вы нам скажете о цели вашего визита, – отчеканила Эллен, входя в библиотеку и ведя за собой Мартелла. Ее щеки заалели: моя тетя еле сдерживала раздражение. Вещи дедушки задрожали. Письменный стол завибрировал, сместившись на дюйм.
Джессамина нервно покосилась на стол и попятилась. Похоже, она выбрала плохую тему для светской беседы.
Эллен стремительно двинулась к Джессамине, но Мартелл, пыхтя, опередил ее и встал между моей тетей и своей родственницей.
– Кто-то вчера ночью дел наделал у могилы бабушки, – заявил он.
В библиотеке воцарилась тишина.
– Что ты имеешь в виду, «дел наделал»? – недоуменно спросила Айрис.
– Магией занимался, – пробурчал Мартелл. Для него, судя по всему, это было исчерпывающим ответом, но он понятия не имел, что внес в нашу компанию напряженность.
Заметив, что атмосфера сгустилась, Мартелл сунул руку в карман пиджака и выудил оттуда мобильник.
– Вот, – проговорил он, выводя на экран фотографию могилы Хило.
Я взяла телефон и увеличила картинку. Амулеты, магические знаки на надгробной плите и вокруг нее. Я протянула мобильник тете, и Айрис выхватила его у меня.
Джессамина оттолкнула Мартелла. Она еще не пришла в себя и стояла, ссутулившись. На ее верхней губе повисла капелька пота.
– Кто-то… – срывающимся голосом начала она. – Кто-то попытался сделать заклинание воскрешения.
– Что за ерунда! – воскликнула Эллен.
– Хило умерла слишком давно, – добавила я.
Эллен тряхнула головой.
– Воскрешение – весьма сложное заклинание, почти невозможное, даже если у умершего – молодое и здоровое тело.
Эллен поморщилась.
– И свежее. Простите меня.
Она поглядела на Мартелла и Джессамину.
– Хило была старенькой и многое перенесла, – произнесла Эллен и умолкла.
Я знала, что она размышляет о грязной магической энергии крови и секса, которую копила в клубе «Тилландсии» моя мать. Тот колдовской яд Хило приняла по своей воле, чтобы спасти жителей своего любимого города. Но Эллен прикусила язычок. Вероятно, она просто решила не травмировать Мартелла и Джессамину…
– Вопрос решается в считаные минуты. Мозг, внутренние органы сразу же выключаются, – заговорила Эллен, стараясь замаскировать неловкую заминку. – Можно реанимировать тело, но настоящего воскрешения не получится. Дай-ка мне телефон.
Айрис вручила мобильник сестре. Эллен провела пальцами по экрану, считывая скрытую информацию с помощью магии.
– Нет. Это совершенно точно не заклинание воскрешения.
– Ты права, – согласилась Айрис и прошла к книжному шкафу, расположенному у дальней стены. – Однако с одним из символов я где-то сталкивалась. Не перешлешь мне фото? – спросила она Мартелла, но не стала дожидаться ответа и достала с полки тяжелый фолиант в кожаном переплете. Я поняла, что весил том немало.
Открыв книгу, моя тетя мигом преобразилась.
– Покажи! – произнесла она, призывая силу.
Страницы начали перелистываться сами собой, а затем шорох бумаги стих. Эллен встрепенулась и быстро положила в протянутую ладонь сестры мобильник Мартелла.
– Иди сюда, девочка, – поманила Айрис Джессамину, кладя книгу на стол. – На могиле использовали заклинание одержимости.
Джессамина кинулась к ней и склонилась над пыльным фолиантом.
– Заклинание одержимости?
Айрис кивнула, буравя страницу взглядом.
– Еще оно известно как «заклинание берсерка»[6]. Достаточно часто применялось в битвах. Солдаты призывали в себя духи великих воинов или тотемных животных. Но другие символы с ним не стыкуются. Кто бы ни потревожил могилу Хило, он не пытался ее воскресить.
Айрис дала мобильник Джессамине, и вдруг резко дернулась, как будто ее ударило током. Обе женщины замерли. Глаза Айрис расширились от изумления, а глаза Джессамины сверкнули от неожиданности и злобы. Что-то произошло между ними. Психометрический дар Айрис позволил ей узнать то, что Джессамина рассчитывала скрыть. И откровение изменило баланс сил. Джессамина решила, что бояться больше нечего, однако Айрис казалась глубоко уязвленной.
– Тогда зачем они все это вытворяли на могиле бабушки? – спросил Мартелл, прерывая бессловесную дуэль.
Айрис захлопнула фолиант и прокашлялась.
– Подозреваю, что они пытались добраться до энергии, которая могла остаться вместе с телом. Не уберешь книгу на место? – попросила она Мартелла.
Мартелл подчинился.
– Твоя прабабушка была очень отважной и бесстрашной.
– Возможно, даже слишком, – произнесла Джессамина, подойдя к Мартеллу и бросая мобильник в карман его пиджака.
– Да, – печально подтвердила Айрис. – Незадолго до кончины Хило впустила в себя темную магическую силу.
Она решила сказать им правду!
Джессамина вспыхнула, но Айрис вскинула руку, не давая выплеснуться растущему гневу девушки.
– Если бы она этого не сделала, нас бы сегодня здесь не было. Она спасла мне жизнь. Всем нам… Черт…
Я впервые услышала, как Айрис позволила себе подобное ругательство.
– …она ведь нашу Саванну спасла.
– А вы, ведьмы, осквернили место ее упокоения, – жестко прервала ее Джессамина, однако выражение ее лица смягчилось. Наверное, она разрывалась между обязанностью злиться и пониманием того, насколько всем нам дорога матушка Хило.
