Она оглядела нас.
– Они уничтожат меня, если узнают о нашем разговоре. А потом они убьют вас, потому что вы стали сопричастны к тайне грани. Но Мерси они, конечно, пощадят. Зато они ее обуздают. Вы должны решить, желаете ли вы слушать меня дальше.
Мое сердце застучало, как бешеное. Мэйзи права. Другие якоря, которые должны быть моими союзниками, определенно пойдут на все, чтобы усмирить меня, оставив в неведении. Куда до них злейшим врагам ведьм и ведьмаков! От соплеменников можно ожидать чего угодно.
Айрис и Эллен молчали. Эллен положила руку на колено Мэйзи, Айрис откинулась на спинку кресла.
– Ну, девочка, – криво улыбнулась Эбби. – Продолжай.
Эбби перенесла огромный стресс, но приложила все усилия, чтобы не показать своего испуга. Однако ее руки тряслись, а статическое электричество вокруг нее резко щелкнуло, когда она вытащила из волос бигуди. Глаза у нее были огромные, как блюдца.
Мэйзи облизнула губы.
– Геенна находится за пределами досягаемости грани, хотя между ней и нашей физической реальностью расстояние меньше толщины волоса. Но это не какое-то инфернальное место. Геенна – машина, энергетическая станция. Ад создали Древние. Раньше сущность умершего свободно возвращалась к источнику. Древние поняли, что если они поймают душу, то ее можно преобразовать в энергию. Если говорить колдовским языком магии, магия крови – это нефть, а магия души, порабощенная геенной, – ядерная энергия. Ад есть не только у нашего мира. Таких слоев во вселенной очень много, и они соединены с огромным количеством иных измерений. Наши души, как и души разумных существ миллионов других планет, миллиардов реальностей, снабжают энергией Древних.
– Значит, геенна – что-то вроде генератора… Но почему же мама оказалась там в заточении? – спросила Эллен, бесхитростно посмотрев на Мэйзи, а затем на меня, будто безмолвно спрашивая, верю ли я сестре.
Я слегка пожала плечами. Мозг твердил мне, что история Мэйзи чересчур заумна, но нутро возражало, считая все весьма правдоподобным.
– Когда человек умирает, вибрации его сущности ускоряются, как высота тона реактивного двигателя самолета на взлете. Если душа не может достичь нужной частоты вибраций, она не возносится. Древние построили машину геенны, которая работает именно на этих промежуточных частотах. Она ненасытна. Мы постоянно чувствуем ее притяжение. Почему, например, в Саванне столько призраков? Здесь действует четкий принцип. Сейчас объясню. Сила грани закреплена в нашем мире ведьмами-якорями, верно? Вот и геенна заякорена к нашему миру в определенных местах. Одно из них – Саванна. Геенна сама по себе не способна захватывать душу, но ее притяжение не дает сущности умершего достичь вибрации, необходимой, чтобы превзойти нашу реальность.
– А что мешает душе вознестись? – поинтересовалась я.
Мой зад устал от сидения на тахте, и я откинулась, опираясь на руки, чтобы дать себе отдых.
– Слушай меня, Мерси. Душа оказывается в геенне по одной простой причине. Она попадает туда из-за чувства вины, которое копилось в ней в течение жизни. Душа страдает из-за сделанного ею выбора, который привел к ошибкам, поэтому после смерти ее затягивает в геенну.
Мэйзи откашлялась.
– Большинство людей, которых вы видели, не злые. Даже не плохие. Рассказывают про человека, который провел десятки лет в геенне лишь потому, что чувствовал себя виноватым за то, что усыпил своего пса, получившего серьезную травму, а не подверг собаку болезненным хирургическим операциям с мизерными шансами на успех. Дух пса покорно ждал его у врат геенны, а затем вошел внутрь и вызволил из ада своего хозяина.
Эбби скрестила руки на груди.
– Погоди, девочка! А по-настоящему злые, беспощадные люди? Куда они отправляются?
Мэйзи вздохнула.
– Понятия не имею. Да и вряд ли кто-то знает. Но в геенне их нет.
Опустив голову, Мэйзи прикусила губу. Она обдумывала свою речь.
– Преступления тех, кто находится в геенне, могут быть истинными или выдуманными, но там мучаются и такие, как мы. Такие, как бабушка… ты…
Она взглянула на Эллен. Та всхлипнула и закрыла лицо ладонями. Моя тетя и по сей день терзалась чувством вины за то, что не спасла своего сына.
– И такие, как Оливер. Он до сих пор ужасно мучится из-за того, что случилось с Грейс.
Мэйзи повернулась ко мне:
– Как Питер, который в глубине души понимает, что изнасиловал тебя.
Я едва не подпрыгнула.
– Питер не
– Он обратился к Хило, и она создала приворот, который усыпил твою бдительность, сестренка. Ну а Питер затащил тебя в постель. Возможно, тебе удалось придумать этому разумное объяснение, но я уверена, что Питер очень стыдится содеянного. Даже если он сам ничего толком не понимает.
