В своей квартире парень просто сидел у стены, смотря на свою правую руку. Его терзал страх. Ему хотелось, чтобы это всё ему померещилось. Что это всё тестуануром или сон. Он не верил. Поэтому он взял нож с кухни и провёл им по своей руке. Из пореза полилась кровь. Это его обрадовало. Это значит, он человек. Но он не поверил. Тогда он сжёг свою руку другой, терпя чудовищную боль. И тогда, когда его правая рука должна была превратится в горелый кусок мяса, он увидел нагретую сталь. Он рухнул на пол, не зная, что делать дальше. Он даже не знал больше, кто он. Он начал вспоминать всю свою жизнь, но не мог и близко предположить, когда с ним это могло произойти. Это только объясняло его силу и выносливость. И ещё вспоминал, с каким ужасом на него смотрел отец Полит. «Когда тебя боится чудовище, это означает, что ты ещё хуже,» – заключил парень и заплакал.
На следующий день раздался звонок в дверь. Алан, резко подскочивший, обнаружил, что он проспал половину дня. Открыв дверь, молодой инквизитор встретил отца Александра, на лице которого была невнятная смесь эмоций. Толи он был рад, толи зол, толи в смятении.
– Ты всё ещё спишь?!
– Да. Здравствуйте, отец…
– На тебя не похоже. Кто меня мучал фразой: «Кто рано встаёт, тому бог подаёт?». И ведь добился своего. Теперь я встаю в 5 утра!
– Хе-хе… Да…
– Пришли результаты тестирования.
– И… и как? – взволнованно спросил Алан.
– Неплохо. Но от тебя я ожидал большего. Особенно по такой глупости как киберимплантация… Даже представить не могу, что может у тебя вызывать эмоциональные всплески, хотя ты говорил правду… Просто знай, что это твоё слабое место, но… так или иначе, теперь ты можешь стать инквизиторо, малыш. Поздравляю.
– Не могу, падре.
– Что? Почему?
– Я об этом и хотел поговорить…
Алан прошёл на кухню, где было попросторнее. Он поставил Александра подальше и сказал ему не вмешиваться. Начав сжигать свою руку, молодой инквизитор успокоил своего чуть не подпрыгнувшего на месте наставника. А после, когда пламя рассеялось, у отца Александра чуть не отпала челюсть.
– Ч-ч-то? Это?
– Я это обнаружил, когда меня ранил одержимый. Поэтому на мне не было ран. Хотя, я должен был умереть.
– Невозможно…Ты…Когда ты успел? Я… – отец Александр потерял дар речи, а Алан, наблюдая за горечью в глазах учителя, продолжал.
