Пустотный Рыцарь полностью

– Мне не о чём с тобой говорить. Я знаю, что рейдеры по твоей указке травмировали моего брата.

– Ха-ха-ха-ха! И как это связано с тем, в каком положении ты сейчас?

– Это началось всё с тебя.

– Не я тебя изгнал бродить по пустыням. Не я отдал трон Южных Пустошь. Не я убил твоих родителей.

– Зачем тогда пытаться убивать моего брата?

– Чтобы поссорить Кайтмира с Уильямом, конечно. Эш имел большое влияние среди Амазонии. Кланы его уважали, налаживали отношения с Арсией. Уильяму Суприму, поверь, ой как это не нравилось. Поэтому, когда твой брат был травмирован, долго думать не надо было, кто виноват. Кайтмир бы начал войну. Бароны были б против. Слишком уж печальный был опыт с этими одержимыми. И тогда твой отец пошёл бы один лишь со своими жалкими и высокомерными сплендидами. И потерпел бы поражение. Либо и вовсе лишился трона ещё на созыве баронов. Но твой брат сделал всё ещё лучше. Что для меня, что для сплендидов. Ты должен гордиться им!

– Иди к чёрту!

– Боюсь, к чёрту придётся тебе пойти, малыш. И не фигурально, отнюдь. Я ожидал, что ты хотя бы извинишься за свою выходку с этими чертежами. Но... тебя ж больше никто не воспитывает теперь. Придётся заняться этим мне. А Колизей – это отличная воспитательная программа. Ха-ха-ха! Уведите его.

– Вот в принципе и всё, что можно рассказать. Скорее всего, Игнавус раструбил о моём "выступлении" в Колизее на все Пустоши. И поэтому туда отправились мои ребята. Эх... Грёбанные чертежи, грёбанный Сербо, грёбанный Игнавус!

– Хм...даже тебя Сербо свёл с нами, – задумался Алан.

– Этот парень любит спасать в последний момент, но потом телепортировать в пустыни, – усмехнулся Нейт.

– Я одна не знаю, кто это? – Элис даже в каком-то роде стало грустно от этого факта.

– Почему вас волнует только этот Сербо? Разве не трогательная история у нашего маленького каирхатсу? – вдруг возмутилась Карелин.

– Ой, ну нет, спасибо, Карелин. Жалость – это худшее, что можно испытывать к каирхатсу. К тому же, у меня неплохая жизнь после изгнания. Ну...была.

– Видишь, Кар? Мужикам сочувствие не нужно, – улыбнулся Нейт.

– К тому же, мы делимся этими историями лишь для того, чтобы понять, кто рядом с нами. И что нас связывает, – добавил Алан.

– А связывает нас этот робот. Ну, кроме Элис, хе-хе-хе. Ох, – зевнул сплендид, – Что-то мне самому захотелось спать после этой истории. Рассказывать ещё более уныло, чем слушать.

– Я вот тут подумал. Если Сербо работает с Йором, он мог просто забрать Мэри ещё на той крыше. Зачем этот весь фарс с пустынями? С Колизеем?

– Не знаю, Алан. Устроил нам совместный поход, чтобы мы стали "лучшими друзьями". Я спать.

Ранее утро. Ночная живность отправилась спать, уступив многообразие звуков фауны "жаворонкам" джунглей. Нейт проснулся первым. Уже, правда, стоял столбом Алан, но он и не ложился спать, охраняя своего бессознательного учителя. Правда, по его унылому лицу было понятно, что киборгам всё же сон нужен. Инквизитор даже не заметил, что его товарищ пробудился. Нейт с этого усмехнулся: так он никого защитит. А затем посмотрел на Мэри, лежавшую рядом. С её взбаламученными волосами и открытым ртом, из которого натекло немного слюны, она была похожа на только оперившегося птенца. Милого, но несколько нелепого. Для сравнения Нейт оглянул других девушек: Карелин лежала, свернувшись комочком как котёнок; а Элис спала ровно и неподвижно, будто её учили этому всю жизнь. Но Энди спал лучше всех: каким-то образом развернувшись на сто восемьдесят градусов во время сна, запрокинув одну ногу на ствол дерева и раскинув руки в стороны.