Велес поднялась из-за стола и медленно обошла комнату, на мгновение задержавшись у двери.
– Правильно ли я понимаю… – Голос ее прозвучал тихо, и, когда Ирвинг обернулся, она напомнила ему каменную статую – такими четкими, бесстрастными были ее черты. И снова в интонациях просквозило что-то чужеродное, нездешнее… – Вы хотите, чтобы я не останавливала старообрядцев, когда они пересекут первый предел?
– И когда войдут в лес – тоже. Это единственный шанс спасти Диму. Если он покажет им путь, по которому они не смогут пройти, это может стоить ему жизни.
– Вы предлагаете сделать это ценой безопасности Заречья, верно?
– Это же ваш внук! – не выдержал Ирвинг и тоже встал. Комната покачнулась, стены как будто раздвинулись, и за ними отчетливо проступил молодой подлесок, расцвеченный солнцем. Через мгновение все вернулось на свои места.
– Непосвященные Заречья – мне дети и внуки тоже. Я здесь, чтобы защищать их. Дима – самостоятельный маг. И он сделал свой выбор. Каким бы благородным этот выбор ни оказался, только он сам несет за него ответственность.
– Если бы мне быть таким же уверенным в своих решениях! – выдохнул Ирвинг и отвернулся к окну. – Я не знаю, что делать. Впервые за столько лет… Не знаю! Но когда я прочел Димино письмо, я не мог остаться в стороне. Я почувствовал страх человека, у которого нет пути назад.
– Это ваш страх, – пожала плечами Велес. – Не его.
Ирвинг сжал кулак и легонько ткнул им в бревенчатую стену у окна. Велес была права.
– Я внезапно боюсь ошибиться. Словно от любого моего действия хрупкое перемирие между сторонами рухнет. Раньше именно в этом меня пытались убедить старейшины. Они испытывали ужас, узнавая о моих решениях, спорили со мной до крика. Но уверенность вела меня вперед. Я прекрасно понимал, что разрушить выстроенные между сторонами отношения не так просто, как они утверждают. Теперь же мы словно поменялись местами.
– Я опять вас не понимаю. Вы хотите сохранить мир, открывая для Темных путь в самое сердце нашей магии?
– Это мне кажется правильным, хоть и безумным. Я написал ответ вашему внуку с легким сердцем, словно что-то управляло моей рукой. Но, может, я потерял хватку? Что, если я совершил ошибку, что, если не должен больше отвечать за безопасность и мир сообщества…
– Вот в чем наша разница: вы думаете о сохранении Светлого сообщества, а я – о сохранении Светлой магии. – Велес тоже подошла к окну и дотронулась до руки Ирвинга. Это было жуткое ощущение. Словно и впрямь самая настоящая каменная статуя вдруг прикоснулась к ладони. – Мое дело – защитить Заречье и его обитателей. И если им будет угрожать опасность, то я сама начну войну, которой вы так боитесь.
– Вы разочарованы во мне?
– Чтобы разочароваться, нужно уметь очаровываться, а я лишена этого навыка.
– Я надеялся привести Диму и Огнеслава до начала Посвящения, чтобы…
– Ирвинг, Посвящение воспитанников на носу! Наставники же проходят его каждый год по новой, и для нас оно
– Хм, интересно, пройду ли я свое? Помнится, на Посвящении в Дивноморье я едва не погиб.
– Что ж, это часто отличает будущих лидеров. Но, как вы правильно сказали, пути назад нет. Сколько, по вашим представлениям, у меня есть времени, чтобы защитить воспитанников? Если Старообрядцы заявятся сюда целым войском…
– Дима должен был получить мое письмо вчера ночью или сегодня утром. Я верю, ему удастся уговорить Огнеслава взять с собой лишь нескольких сторонников.
Ирвинг осторожно прикрыл за собой дверь, но на этот раз его все-таки заметили. Боевые маги Есения и Кирилл сдержанно кивнули. Целительского сына уже не было, зато Фея наставляла Водяную колдунью, и обе они вопросительно глянули на предводителя. Дарья же шагнула навстречу со встревоженным видом, будто хотела поинтересоваться его самочувствием. Он отмахнулся, не желая портить им всем настроение своими тяжкими сомнениями и плохими предчувствиями. Внутри снова что-то заворочалось, затрепыхалось, но он отогнал тревогу подальше.
– Позже, – сказал он Дарье мягко, но настойчиво, пожал ее руку и вышел вон. – Сейчас ваша помощь нужна Вере Николаевне.
Перья травы стелились ковром. Сева хорошо знал это место, даже успел по нему соскучиться. Воздух звенел от колдовства, хотя единственными магами на всю округу были только они с Дарьей Сергеевной. Совет Старейшин решил, что на новый источник живой воды отправится Полина Феншо – испробовать свои силы и, возможно, разбудить спящую магию деревенского озера. А вот на старое и проверенное место разрешили вернуться Севе. Водяную колдунью сопровождала Черная Курица, но и Севу не отпустили одного: Дарья Сергеевна семенила следом в облике лисицы. Весь путь она молчала и только за несколько шагов до края холма вдруг спросила:
– Здесь всегда так неприятно?
Сева удивился, но уже в следующий миг и сам ощутил неясную тревогу. По спине пробежал озноб.
– Не помню. Давно тут не был.
– Я буду внизу, чтобы не мешать.
Он кивнул и уселся на выступ, поросший клокастой, иссушенной солнцем травой. Им обрывалось шумящее поле.
