Никаких подробностей вытянуть из него так и не получилось, поэтому, забрав с собой кофе для Карпатского, Диана вернулась к лифту. Однако ей не повезло: пока она общалась с Соболевым, патрульный, торчавший у лифта и вызывавший кабину, куда-то исчез. Вероятно, тоже для чего-то отправился на первый этаж.
Немного потоптавшись в холле, где теперь горели установленные полицией лампы, она заглянула во второй коридор. Сюда полицейские еще толком не добрались, поэтому здесь ламп не было, но света из холла хватало, чтобы разглядеть: трехколесный велосипед, пугавший ее своим звонком, куда-то делся.
Когда это произошло? Диана не могла вспомнить, заглядывала ли сюда, когда вернулась на этаж с полицейскими. Она определенно упоминала велосипед в своем рассказе, но после он ни разу не всплывал, хотя Карпатский с Соболевым проверяли этот коридор, искали человека в черном балахоне, которого она видела. Не нашли. Но вот стоял ли здесь тогда велосипед? Они ничего о нем не сказали и не спросили. Он был на месте? Или его уже не было, просто ни один из них не придал этому значения, торопясь взглянуть на труп в окружении зеркал?
В любом случае убрать велосипед мог только
Включив на смартфоне фонарик, Диана углубилась в коридор, проверяя, не прячется ли велосипед в густой тени. Нет, коридор определенно был пуст.
Вернувшись в его начало, Диана нерешительно постояла на месте и все-таки потянула на себя ближайшую дверь. Она помнила, как Карпатский сказал, что все они заперты, а за вскрытыми – лишь глухая стена, но все-таки решила проверить. И как оказалось, не зря.
Ручка опустилась вниз, дверь без труда открылась. За ней обнаружился стандартный гостиничный номер. Он немного отличался от того, как были отделаны и обставлены номера наверху, но в остальном – ничего примечательного: кровать, тумбочки, письменный стол с креслом, шкаф, зеркало. Только не было ни телевизора, ни чайника с чайными принадлежностями.
Велосипеда внутри тоже не оказалось, поэтому она прошла до следующей двери и проверила ее.
Содержимое второй комнаты поразило ее до потери дара речи. Она несколько раз моргнула, ожидая, что видение развеется, но ничего так и не исчезло.
Помещение совсем не походило на гостиничный номер. Скорее на комнату в старой квартире. Возможно, даже коммунальной или просто однокомнатной с очень маленькой кухней, на которой невозможно поставить обеденный стол, потому что он стоял в комнате. К стене была придвинута кровать, но совсем не такая, как за стенкой, а узкая, старомодная… да и просто – старая. В углу стояло то, что можно было бы назвать туалетным столиком, только не хватало зеркала. Шкаф здесь тоже был: такой же старый, как остальная мебель.
Словно зачарованная, Диана переступила порог, ощущая себя так, будто провалилась в какую-то другую реальность. Обшарпанные стены, беспорядок, слой пыли… Казалось, она попала в заброшенный дом, который хозяева бросили ни с того ни с сего, оставив все как было.
Диана подошла к столу, коснулась кончиками пальцев скатерти. Было не очень удобно это делать, держа в одной руке стакан с кофе, а в другой – смартфон с включенным фонариком, но очень уж хотелось. Скатерть оказалась бумажной. На другом конце стола, который примыкал к окну, скрытому прохудившимися занавесками, на разделочной доске стоял чайник. Не электрический, а самый обычный, Диана смутно помнила подобный из детства. Рядом стояла пара чашек и стопкой – несколько тарелок, лежали столовые приборы. На том конце стола, что был ближе к ней, лежали пачка сигарет и коробок спичек, рядом стояло грязное блюдце, вероятно, служившее пепельницей. Сигареты показались Диане странными. Она в них не разбиралась, поскольку в магазинах они давно лежали не на виду, а в ее окружении мало кто курил, но все же что-то показалось ей неправильным.
Диана перевела свет фонарика на придвинутую к стене кровать. Та была заправлена, но как-то неряшливо, как будто наспех. Дальше она перешла к осмотру шкафа: одежды внутри было мало, и вся она выглядела, по мнению Дианы, весьма убого.
Что показалось действительно странным – это подпалины на стенках и дверцах шкафа. Они заставляли вспомнить то зеркало, у которого на деревянной раме были похожие следы.
Такие же Диана обнаружила и на туалетном столике. Самый серьезный бардак царил именно здесь: стопками лежали какие-то тонкие журналы с плохой бумагой, вскрытые конверты, сложенные в несколько раз тетрадные листы, пара замызганных тонких книжек в мягких обложках с томными девицами и огненными красавцами на них. Здесь же валялись коробки из-под краски для волос и для контактных линз, расческа, тушь для ресниц, помада, резинка для волос и прочая мелочь.
Диана хмурилась, рассматривая все это, и уже потянулась к одному из конвертов, чтобы рассмотреть его подробнее, но ее остановил строгий голос, прозвучавший от двери:
– Не трогай!
