О-о, да! Вот это агрегат. Какой идеальный размер! Я обхватила его так крепко, что, казалось, могу внутренними мышцами пересчитать каждую выпуклую венку на члене. Интересно, Эрику так же приятно, как и мне? Незаметно покосилась на лорда и... подпрыгнула от неожиданности. Всё же вид мужчины с выпученными от шока глазами совсем не то, что хочет видеть женщина, когда ей хорошо. Лорд застонал — ну, будем считать от удовольствия, — а я зажмурилась, сгорая со стыда и от возбуждения, и качнулась снова, неспешно увеличивая темп. Во-первых, это моя гусенечка и я её объезжаю, а во-вторых, Эрик сам сказал, что верёвки его не удержат, но раз лежит смирно, будем считать, согласие по-драконьи я получила.
— Хорошо-о-о, — блаженно выдохнула и громко застонала, поощряя связанного мужчину.
Что-то внутри неожиданно отозвалось на удовольствие и тоже довольно рыкнуло. Ни разу ещё такого восхитительного секса не было, если учесть, что партнёр ничуть не лучше деревяшки. Снова приоткрыла глаза... Ну да, как есть бревно, только к выпученным глазам добавились крепко стиснутые кулаки и приоткрытый рот.
Кто бы раньше рассказал, что быть госпожой так обалденно? Эх, жаль плётки не хватает. Представила, как бы сейчас отходила дракона за все прегрешения, и пожар между ног полыхнул сильнее. Моя скорость всё увеличивалась, внутри дрожало в предвкушении невероятного оргазма, но чего-то не хватало. Участия, что ли? Наклонилась, немного меняя позу, и качнула грудью, касаясь соском чужих губ. От горячего прерывистого вздоха мужчины кожа покрылась мурашками, а внутри запульсировало.
— Люсинда, ты... — что-то попытался сказать Эрик. — Ммм...
Мне ещё и во время секса чужое имя слушать? Да щас! Грудь оказалась в сладком, жарком рту дракона раньше, чем у меня испортилось настроение. Было опасение, что намёк будет не понят, но Эрик справился. Молодец, хвалю! Перед глазами поплыло. Его жадный рот творил что-то невероятное, посасывая и покусывая чувствительные вершинки. Кажется, я кричала, двигаясь всё быстрее. Или рычала? Не помню. В голове остались только вспышки особенно сладких моментов, как я рассыпаюсь на миллиарды звёзд на чёрном небе, сгораю дотла и возрождаюсь вновь.
Силы покинули стремительно. В какой-то момент просто почувствовала, что не могу пошевелить и пальцем — из тела словно все кости вынули. Обессиленно скатилась с любимой гусенечки и замерла, готовая уснуть на пару суток.
— Закончила? — голос лорда Эрика звучал сухо и отстранённо.
Кое-как кивнула. Лениво приоткрыла глаза, потому что мужчина легко разорвал верёвки и рывком поднялся с кровати, полюбовалась гордо стоящим членом, блестящим от моей смазки. М-м-м... То есть я несколько раз точно, а он не?.. М-да, неловко получилось. Кашлянула, отводя взгляд от мужчины, что, кажется, собрался летать оставшуюся часть ночи — проступившая чешуя активно намекала, что холодный душ здесь не поможет, — и поперхнулась воздухом. Взгляд упал на собственные руки с длинными когтями и покрытые золотыми чешуйками. Даже не руки — лапы!
Эт-то ч-что?!
Я икнула, резко расхотев спать. Это что же получается? Из-за Эрика я олохматилась? Тьфу, ты! Очешуилась? В смысле одраконилась?!
Хрясь. Ненавижу драконов. Хрум-хрум. И всех этих мстительных обожателей драконов тоже ненавижу. Хрямпс. О-о, кажется, это был мой зуб. Со злости отбросила хлебный сухарик, но тут же спохватилась: подняла, отряхнула и засунула в карман — потом пососу, ну или погрызу, если останется чем. Одеждой я всё-таки разжилась и это не потому, что дождалась повторного визита швеи. В жизни что главное? Вовремя взять всё в свои руки! Вот и я взяла... и разворошила шкаф Эрика. Сразу и штаны с носками нашлись, и ремень, чтобы по дороге ничего не терять. В общем, экипирована я была не по размеру, зато дорого и со вкусом. Лорд оказался тем ещё модником.
Воспоминание о драконе отозвалось глухим отчаянием, и я разозлилась. На руках снова проступили чешуйки, жаль без когтей, а то я план побега уже придумала. Но обо всём по порядку.
Чего у Эрика не отнять, так это умения исчезать в кратчайшие сроки. Пока я предавалась панике из-за неожиданной мутации, дракона и след простыл. Но заметила я это слишком поздно — всё трясла руками в надежде, что что-то изменится.
Не изменилось.
И спрашивать тоже было не с кого. А хотелось! Жутенькие лапы на том месте, где были раньше ухоженные руки, кого угодно до инфаркта доведут. Ни о каком сне, естественно, больше не могло быть и речи. Я до утра рассматривала этот ужас, пока он не исчез. Зато в лучах солнца смогла разобрать оттенок чешуи. Он оказался не золотым, как подумала с испуга, скорее лимонным — не могу сказать, что меня это расстроило. Я в принципе согласна на руки даже мышиного цвета, если это действительно будут руки, а не лапы.
И ладно бы только чешуйчатость меня беспокоила!
У меня появилось ощущение, что я схожу с ума. Мои эмоции словно раздвоились и если злость, страх и ненависть были понятны, то тоска и одиночество вводили в шок. Стоит ли говорить, по кому я так отчаянно скучала?