Я задумываюсь над диспозицией, но игра сегодня не идёт. Да и у Исаака мысли совсем о другом.
— Исаак, ты подумал куда отправишься после выписки?
— Мыслей много, но ничего определённого пока не надумал, а у тебя есть что предложить, бедному, несчастному, еврею инвалиду?
— Ой хи-хи-хи-хи, Изя. Это ты-то бедный и несчастный, да не в жизнь не поверю. Правда, Ленка что-то смурная ходит, вам что, ещё не разрешили?
У Гольдберга на лице возникло кислое выражение. — Нет, врачи говорят, ещё как минимум месяц воздержания, пока все волокна зарастут и нейроимплант встанет как положено. А до этого только мечтать можно.
— У-у-у, бедные вы мои. Ничего месяц потерпишь, а потом до исступления, до звона в одном месте.
— Ды-ды-ды, все бы тебе хиханьки, у нас может трагедия. Ленке ребёнка захотелось, ни жить ни быть, вот прям сейчас. А нам нельзя…
— Ничего потерпит, тут климат мягкий, зима тёплая, времени у вас будет полно. Так что восстановишься нормально и поедешь работать.
— Куда поеду?
— Догадайся?!
— Ах ты, зараза такая, ты меня в R.E.D.S сосватала!
— Не просто в R.E.D.S, тебя забирает сам Татум, в свою инженерную группу.
— Джейни! — И Исаак стискивает меня в объятьях.
— Задушишь, Изя и что подумает Ленка, если увидит?
— Да, что я подумаю?! — Раздаётся рядом голос Хелен.
Исаак отцепляется от меня и начинает косноязычно оправдываться. Что, де он ничего такого, и вообще, я его подруга и сказала ему такую новость, ТАКУЮ НОВОСТЬ! Что он просто весь расчувствовался. Ленка слушает этот монолог, просто ухахатываясь внутри, но лицо её при этом строгое и серьёзное. Рядом стоит Китти с коляской, в ней малышка Лилиан. Подруга зажала рот рукой, сдерживается уже через силу. Я просто хохочу, только пока беззвучно, лишь голова Моно подпрыгивает на коленях. В конце концов Ленка не выдерживает, слушая поток косных оправданий от мужа, который говорит их уже по третьему кругу. И согнувшись пополам, начинает громко хохотать, рядом с ней смеётся Китти. Я тоже не сдерживаюсь и ржу во весь голос. От нашего хохота просыпается Карлос и, протирая глаза и зевая, интересуется причинами веселья.
— Ох, Моно, наш Изя оказывается такой комик, куда там Джеффу. Ох, какой талант пропал.
— Да он такой, всё тихоней прикидывался, а в бункере вся его натура наружу и вылезла, только гранатой и остановили этого берсерка. А то он бы всех пиратов в одиночку покромсал. Нам бы никого не оставил. Как он там орал по связи: «Всех убью, всех убью!» и убил бы, УБИВЕЦ!
Народ начинает ржать ещё громче, причём к смеющимся присоединился и Исаак.
Встаю и подхожу к Китти, заглядываю в коляску, с умилением глядя, на спящую Лили. Даже наш смех не разбудил малышку. И теперь понятно, отчего Ленку так придавило желанием иметь детей.
— Правда она красавица? — Шепчет, прижавшаяся ко мне, подруженька.
— Маленькая котейка?! Конечно, у двух таких красавцев, да разве может быть по другому?! Как дела в лаборатории, есть подвижки?
— Мы вроде нащупали решение, но почему-то не получается наладить стабильный выход. Пока лишь каждая двадцатая партия вакцины пригодна, а это микроскопически мало. И это в лабораторных условиях, а нам надо изготовить миллионы доз. Так что пока идёт она только своим, ну и детям на флоте.
— Так что? Вайли наконец-то вылезла из скафандра?
— Это да, они придут сюда через два месяца, но возник вопрос с аллергомодификаторами для Земли. Ну, надеюсь Манул справится к сроку, там ничего сложного. И Валюша сможет прогуляться по Земле без сьюта и респиратора.
— Дай-то бог.
— Сама-то, как? — Спрашивает Котёнок.
— Видишь, ползаю потихоньку. Только мне ещё долго восстанавливаться, эх как там наши на «Нормандии» интересно?!
— Готовят корабли к модернизации, Татум наконец-то доделал Тантал. И стэлс-системы, и новые движки с «холодной» плазмой. Так что, скорее всего, весь следующий год будут на Лазурной, на стапелях сидеть, вместе с инженерами группы Октавиуса.
— Ну и ладно, Дэвид приезжал, но ничего определённого не сказал. А теперь всё понятно, значит наша птичка станет первым СТЭЛС-фрегатом Альянса. Здорово!
— А что с тобой будет?
— Дэвид сказал, как восстановлюсь, меня и ребят отправят в N7. Сделают из нас совершенные машины убийства.
— Ты и так машина убийства. У меня волосы на голове шевелились от того, что я увидела в записи. Бедные вы, идти в самоубийственную атаку, только чтобы спасти детей. Ужас просто. Ещё эти орали по головизору, мол договариваться надо было. С такими договоришься, пока болтаешь они всех заложников убьют.
— Ну, думаю, подготовка лишней не будет.
— Слушай, я всё спросить хотела, да и наши интересуются. То что твои ребята так слаженно работали, это ведь твоя заслуга, так?
