— Думаю, как бы сподручнее выбить из интендантов несколько дополнительных уников. А то, чувствую, их ждёт та же судьба, что и те, которые я изорвала, когда мы приводили в рабочее состояние «Норму» в прошлый раз. Или может не заморачиваться, купить их в «Военторге» на свои деньги, не связываясь с этими скупердяями?
— Знаешь. — Басит Иесуа. — Я пожалуй куплю за свои, западло мне ходить и унижаться перед этими козлами.
— Я как ты, дружище. — Говорит Моно. — Благо денег полно и два уника меня не разорят.
— Значит так и решаем, сходим и купим за свои, так, Лиса? — Говорит Сильв.
— Значит так.
— Ну вот и решили, ещё по одной? — Спросил Акст.
— Наливай Макс, не выстужай продукт и надо ещё заказать бутылочку, как и мяса. Мне нравится, как здесь его готовят. — Говорю я, подымая рюмку и любуясь янтарной жидкостью на просвет. — Люблю коньяк.
И за столиком звучит тихий смех.
Женька (Лазурная, резервный сборочный комплекс флота, стапели, Нормандия, 25 октября 2381 г.)
Топаем, щёлкая магнитными подошвами по металлическому полу коридора ремонтного комплекса. Шаттл привёз нас сюда с пассажирского терминала над Лазурной. Вся орбита этой развитой колонии, забита верфями, сборочными и ремонтными комплексами. Огромное количество кораблей курсирует повсюду, создавая непередаваемые ощущения. При входе, охрана проверила наши документы и предписания и отправила сюда в 22 модуль, где напротив друг друга, на двух стапелях, проходили модернизацию систершипы Нормандия и Бородино. По пути навестили интендантов и «Военторг» и, обвесившись баулами, отправились на стапели. Гравитация на самом стапеле поддерживалась на уровне трети от стандарта и повсюду висели предупреждения о необходимости использовать обувь с магнитной подошвой. Мы вняли предупреждениям и переодели ботинки, благо в комплекте они были. И дальше шли в сопровождении лёгких щелчков.
Вот и огромное помещение ремонтного дока. Нормандия, висящая на стапеле, на себя не похожа, это просто скелет с торчащими шпангоутами набора и висящими в воздухе трубопроводами и пачками кабелей. Повсюду шум работы, лязг металла и высверки сварки. Слышна чья-то ругань, переходящая в сетования на косоруких и безмозглых салаг. Судя по голосу, это наш дед, Грегори Адамс. Только вот где он? За нагромождениями контейнеров его не видно.
Входим в этот лабиринт и топаем к кораблю, вот он открылся вблизи. Видны суетящиеся разумные, многие в серых униках с широкой красной полосой и надписью на спине R.E.D.S. Полно турианцев, их видно по более плавной походке, широким плечам и странного вида каскам.
На одном из контейнеров, спиной к нам, сидит один из наших, и по лёгкой небритости и кепке мы узнаём нашего пилота. Шутник ест большой сэндвич, с торчащими во все стороны листами салата и кусками ветчины, запивая всё это молоком из пластиковой бутылки. Периодически Джеффри вытягивает вперёд руку и что-то мычит с набитым ртом. Подходим, за шумом работ парень не слышит наших шагов.
— Приятного аппетита, мистер Моро! — Говорю я.
— Шпашибо. — Отвечает он, не оборачиваясь, и салютует нам бутылкой. Потом жевательные движения останавливаются, парень шумно сглатывает. Ставит бутылку на контейнер, кладёт туда же недоеденный сэндвич и резко оборачивается. Его глаза широко распахиваются, от парня просто плескает искренней радостью и восторгом.
— Джейни! — Орёт Джокер и, спрыгнув с контейнера, стискивает меня в объятьях, затем процедура повторяется со всеми остальными и под конец, ошалевший от радости пилот, начинает благим матом орать на весь док, размахивая при этом руками. Видно, как работающие на корабле ребята, разглядев нас, бросают всё и спешат вниз. Через несколько минут всякая работа на корабле встала, все собрались вокруг нас. Объятья, хлопки ладоней, смех и искренняя радость окружили меня. Я даже прослезилась не в состоянии больше сдерживаться под напором чужих и своих чувств. Господи, как же я соскучилась по своему кораблю и его команде.
Глядя на нас, стоящих толпой, Бородинцы тоже всё побросали и вся процедура повторилась. За всем этим с улыбками и лёгкой завистью наблюдали рабочие доков и спецы из R.E.D.S. Подошёл и крепко обнял Ростам Саджади, он тоже щеголял значком N7, только прошёл курсы в Неваде и на полгода раньше нас. Вот протолкался Вадим Георгиевич, мы обменялись приветствиями и крепко пожали друг другу руки. А затем толпа расступилась и мы с улыбкой смотрели на подходящего командира. Дэвид подошёл, смерил нас горделивым взглядом и сказал: — Капитан-лейтенант Шепард, доложитесь как положено.
Мы встали по стойке смирно, я вскинула руку к козырьку кепи и громко сказала:
— Капитан первого ранга Андерсон, сэр, капитан-лейтенант Шепард, старшие лейтенанты: Тонго, Хоффмайер, Санчес и фон Арним, после успешного окончания лечения и курсов подготовки N7, прибыли для дальнейшего прохождения службы.
— Добро пожаловать на борт господа офицеры. — Вернул нам приветствие командир, после чего подошел, крепко пожал руки ребятам, а меня обнял и под заливистые вопли восторга от обеих команд крепко поцеловал.
