Вот и приходится вести журналы расхода материалов, ремонт повреждённой брони тоже их требует, и заправка медицинских модулей в ней же. В общем, огромный ворох расходников, и пусть большую часть отчётов составляют сами командиры боевых постов. Но, я должна всё проверить, хоть по верхам. Завизировать и сложить в папку с отчётом о миссии. То-то командир по столько времени бумагами занимался, хотя, я как могла ему помогала. Тут ещё и правовая, и техническая коллизия нарисовалась. Я ей даже командующего озадачила, дядя, наморщив лоб, сказал, что вопрос действительно интересный и будет проработан. А вопрос простой, кто будет содержать корабль, Альянс или Спецкорпус? Если Альянс, то придётся организовывать доставку расходников и прочего на Цитадель, так как «Нормандия» теперь приписана к структуре СПЕКТР. А если Спецкорпус, то назревает полное перевооружение и замена амуниции и складов ЗИП и спецматериалов, причём на весь экипаж и десантный наряд. Вопрос оказался непростой, но к нашему возвращению с Терума, обещали всё решить.
Пиликает сигнал от люка, нажимаю сенсор интеркома: — Да, кто там?
— Это шеф мастер-сержант Уильямс, мэм, можно поговорить?
— Конечно, ЦМС, заходите. — Отвечаю я, открывая люк входа. Эшли поднимается в каюту, — Присаживайся Эшли. — Указываю ей на стоящее рядом кресло. — Я знаю, Эш, зачем ты пришла и о чём хочешь меня спросить. Но перед тем как ты всё-таки озвучишь свой вопрос, я спрошу тебя сама. Ты знаешь в чём наша миссия?
— Э, командир, вроде остановить мятежного Спектра, Сарена Артериуса, разве нет?
— Нет, Эшли, не в этом. Скажи, ты читала меморандум разведки о причинах исчезновения протеан?
— Нет, мэм.
— Тогда прочитай. — Достаю из стола датапад и, найдя нужный документ, отдаю его Эшли. — Читайте, шеф мастер-сержант. А я пока, закончу со своими делами.
Пока Уильямс читала, я дописала отчёты и закончила с бортжурналом. Под конец чтения от Эшли потянуло откровенным ужасом. Девушка закончила и, положив на стол датапад, зажмурилась.
— Командир, получается мы следующие?! — Громко прошептала она.
— Да, Эш, следующие.
— Когда всё начнётся?
— Уже началось.
— Значит, тот огромный корабль на Иден Прайм, это один из них?
— Именно.
— Но, тогда, какова наша задача?
— Убедить Совет в реальности угрозы. И предотвратить немедленное начало жатвы, оттянуть неизбежное.
— А у нас получится?
— Не знаю, но мы должны стараться изо всех сил, Эш. Альтернатива, слишком ужасна.
— Но, всё равно, я хочу услышать ответ на свой вопрос, зачем нам эти чужаки, мэм?
— Хорошо. — Вздыхая говорю я. — Как думаешь, Совет скорее поверит данным лишь одного Спектра человека, или двух Спектров, один из которых турианец?
— Скорее второе.
— А если ещё их подтвердит следователь СБЦ, пусть и бывший?
— Думаю, что я поняла, мэм, но зачем нам кроган?
— Как думаешь, ЦМС, мы, крутые вояки?
— Ну, вы точно крутая, а я, даже не знаю. После случившегося на Иден Прайм, я уже не уверена в своих силах.
— Ты знаешь способы сделать нас всех сильнее?
— Ну, наверное опыта набраться или нет?
— Знаешь, чтобы стать сильнее, надо или сражаться с сильными соперниками, но у этого метода есть очень существенный минус, можно не пережить обучение. Или нанять себе очень сильного тренера, который научит тебя, не загоняя при этом в могилу.
— Значит, Рекс наш тренер?
— Именно, Эшли, он начал воевать в галактике, когда наши с тобой предки почитали Землю центром вселенной и воевали кремневыми ружьями, а про личную гигиену вспоминали, когда начинали невыносимо вонять. При этом, большая часть населения не доживала и до тридцати лет. И все эти века, он, воевал в нашей не самой мирной галактике и до сих пор жив и здоров. Как думаешь, у него есть чему поучиться?
— Боже всемогущий, он такой древний?!
— Ну, кроганы долгожители, но всё равно, он будучи наёмником смог прожить все эти века зарабатывая себе на жизнь оружием и воинским мастерством. И знаешь, Рекс входит в сотню самых грозных Мастеров Войны в галактике. Так что, у нас самый крутой тренер из всех возможных.
— Я поняла, мэм.
— Знаешь, Эшли, научись смотреть на разумного, а не на его внешний вид.
— Вам легко говорить, это мою семью гнобили из-за турианцев.
— Эшли, кто гнобил твою семью?
— Ну! Я не про это!
— А я, про это, к твоему прадеду в Иерархии очень уважительное отношение. Его считают действительно выдающимся командиром и настоящим человеком чести. А отыгрывались на твоей семье, всякие гниды из нашего с тобой «любимого» человечества. Так что, по идее, тебе надо ненавидеть людей, а никак не турианцев. И мою семью, убили отнюдь не чужаки, а такие же люди как мы с тобой. И по приказу такого же человека.
— Поэтому вы так хорошо относитесь к чужим, потому, что не любите людей?
— Я уже давно, Эш не делю разумных на людей и не людей. Моё деление проще, ты либо человек, в истинном смысле этого слова и не важно, как ты выглядишь и сколько у тебя глаз, рук, есть или нет волосы на голове. Или нелюдь, подлежащая экстерминации безо всяких сожалений. Хотя, разумные бывают разные, но линию разделения провести довольно легко.
— Даже так?
— Именно так.
