Лежим рядом, в ушах гул и барабаном стучит пульс. Я вздрагиваю, со всхлипами втягивая в себя воздух, рядом тихо стонет моя, теперь уже моя азари. Потихоньку всё проходит и наше дыхание успокаивается.
— Богиня! — шепчет девушка, — О, пресветлая Атаме, как это немыслимо, невыносимо приятно. Что же ты со мной сделала, Джейн? Как ты могла, как можно перехватить контроль над Объятьями вечности?
— У меня богатый опыт Ли, тебе ведь говорили, что у меня были и другие азари.
— Но всё равно, как ты сумела?
— Есть способ, потом я покажу его тебе.
— Когда?
— Когда ты сможешь лучше контролировать себя при этом, да и вообще тебе необходимо просто набраться опыта.
Некоторое время молчим, потом Лиара поворачивается ко мне, кладёт голову на плечо и закидывает на меня ногу.
— Я много раз думала об этом, — шепчет она, водя пальцем по моей груди, — Представляла, как это будет, или могло бы быть, но реальность превзошла все мои самые смелые ожидания. Такого я просто не ожидала, скажи, а с другими у меня было бы так же?
— Нет, Ли, так только со мной.
— Откуда ты знаешь?
— Мне рассказали.
— Те, другие из моего народа?
— Да.
— Расскажи мне о них.
— Мне больно об этом вспоминать, но ладно, слушай…
Сидим в джакузи, кожу ласкает гидромассаж, а корабль спит. Лишь от Сильвианн идет легкая досада на меня. — Да что я, интересно сделала? — думаю я, целуясь с Лиарой. За бортом мрак, вой ветра и летящий стеной песок. Перед тем как уйти в ванную, включила внешний обзор. В нескольких десятках метрах угадывался силуэт стоящего корвета следователей, всё что дальше совершенно не просматривалось. Скрытое пыльной бурей.
Отрываемся друг от друга, переводя совершенно сбитое дыхание.
— Как сладко-то, сладко, с тобой целоваться. — шепчет Ли.
— Аналогично, звёздочка моя.
— Но, ты знаешь, я хочу есть.
— Какие проблемы, вылезаем из душа, сушимся, приводим себя в порядок и идём на камбуз.
— Но, наш кок спит, неужели ты его разбудишь?
— Не, я Олегыча будить не буду, сама состряпаю. А то скоро забуду, как это у плиты-то стоять.
Азари улыбнулась. — А что, опыт есть?
— Да ты что?! Всю молодость пока с ребятами в убежище жили, на кухне дежурила. Мы ведь сами себе хозяева были. Сами по магазинам ходили, сами готовили, сами всё мыли и убирали. И учились тоже сами, никто нас не заставлял. Такеши только приглядывал, чтобы мы этим без фанатизма занимались и развивались разносторонне, ну и учил оружием владеть.
— Я видела запись твоего боя на Торфане, это просто ужас какой-то. Эти пираты, эти отлетающие во все стороны руки и ноги, кровь фонтанами. Бр-р, кошмар просто.
— Ну да, оттянулись мы тогда. Жаль этих сволочей лишь раз убить можно, а так я бы их за содеянное, ещё разиков по пять нашинковала бы.
— Какая ты, кровожадная.
— Они детей убивали, Лиара! Как вообще можно убивать детей? Это кем же надо быть, чтобы такое сотворить?
— Ты права, конечно, просто я себе плохо представляю что там происходило.
— И не представляй, это просто невыносимо.
— Как так получилось, что тебя убитой-то считали?
— Хм, ну после боя в бункере во мне столько дырок новых образовалось, что меня затолкали в криостазис и отправили на Землю в специальный госпиталь флота. Я там полгода лечилась, а потом сразу в N7 с ребятами отправилась. Вот меня и потеряли из виду. А потом мы больше года Норму модернизировали, мне мой корабль и эта работа до сих пор снятся, будто ползаю я по технологическим тоннелям в рваном в хлам унике, а потом вылезаю и прямо на глаза флотской комиссии в этой рванине. И деваться-то некуда, а все эти адмиралы стоят и смотрят на меня такую!
— Ой хи-хи-хи! Ужас какой…
— И не говори.
Лиара снова прижимается ко мне и мы опять целуемся.
— Кто-то есть хотел? Не знаешь, кто? — спрашиваю я, кое-как оторвавшись.
— Мне уже чего-то ещё захотелось, пойдём из ванной.
— Ну, пойдём. — говорю я, вылезаю из джакузи и начинаю вытирать волосы.
— Джейни, я вот только сейчас заметила, что у тебя странный узор на коже, будто пятнышками и разводами всё покрыто. Отчего так?
— Это шрамы, Лиара.
— Шрамы?!
— Ну, от ранений, после заживления остаются вот такие разводы. Это только на лице, я оставила его вот таким специально, а на теле от них только муар остался.
— Ох Богиня, да у тебя всё тело такое и руки и ноги!
— Да мы все такие, Лиара, ну парни мои точно все, только у Снегурки шрамов поменьше поскольку она медик. А так полосатые все, такова цена наших побед и опыта.
— Всё на своей шкуре, так ведь говорят?
— Именно так.
— Ужас просто.
— Да не, нормально, мы ведь воины, а настоящий воин это защитник. Это только у карателей шрамов нет, потому что они с безоружными сражаются, с женщинами и детьми в основном. А воины воюют с воинами и, в этом случае, шрамов не избежать. Так что всё нормально, не переживай. — отвечаю я садясь на кровать.
