— Так этим, из свиты их чрезвычайного и полномочного посла. Они пришли права качать, что вы песни громко орёте. Так ты их нахер послала. Один и высказался в твой адрес, крайне нелицеприятно, и вообще, по людям и человеческим женщинам проехался. Ну и ты с ответом не заставила себя ждать, так этого урода отматерила, что я слов-то таких не знал до этого. Ну, он и предложил тебе ответить за свои слова. Ты Уильямс сходу предложила поучаствовать, так вы с малой и ещё одной девахой, Полиной, кажется, хотя её все Доу кличут… Вышли из ресторана и наваляли батарианцам, так эти уроды, как позже выяснилось, были в броне под костюмами. Но, им это не помогло, лишь Уильямс ссадину на щеке оставили, да ты кулаки отбила.
— Да?! — Говорю я, разглядывая поджившие ссадины на костяшках, которые только что заметила. — Охренеть погуляли! Какой позор, я поди ещё и ногами махала?
— А то! Двадцать секунд и четырёхглазый в отрубе, ты только платье порвала, когда его ногами хлестала по роже.
— Мать же твою, моё любимое платье и вся Цитадель на мою задницу полюбовалась! Какой позор…
— Да ладно тебе, подумаешь платье. Новое купишь.
— Ты не понимаешь, на мне под платьем кружевное бельё и вся Цитадель…
— Да наплюй ты, командир. Вся команда была в восторге.
— Ой, бля-я-я!
— Хе-хе-хе-хе-хе! Зрелище, конечно, было то ещё, три бугая четырёхглазых и ты с девахами, в тонких, шёлковых платьях и босиком. И бац-бац-бац, и все трое валяются на земле. К ним какой-то саларианец подошёл, говорит доктор из мемориального госпиталя, осмотрел и сказал, что эти козлы в броне под одеждой. Так что, опозорила ты батарианцев по полной программе. После такого с ними никто даже здороваться не будет.
— Пиздец, опять, опять я прославилась! Какой позор! Но, ты мне так и не сказал, где мы?!
— Да где-где, у твоих на квартире в Закере. Все здесь и Андерсон даже.
— А экипаж?
— На «Нормандии», ты их всех туда отправила, ещё и доступ для Аленко с Уильямс в свою каюту сделала, зачем-то, но это твоё дело.
— Рекс, где здесь кухня? Мне надо попить…
— Ты решила добавить?! Уважаю!
— Не выпить, Рекс, а водички попить, что-то в горле пересохло.
— Так это, спускайся, лестница справа от тебя, а кухня здесь внизу.
Нахожу лестницу и медленно спускаюсь по ней вниз, меня всё ещё неслабо так штормит после вчерашнего. Кроган так и лежит на диване подперев голову рукой и скалясь смотрит на меня. — Кухня вон там, — показывает он рукой прямо перед собой. Прохожу в указанном направлении и, включив свет, нахожу помещение кухни. В одном из холодильников обнаруживаю сок в стеклянных графинах и разом выпиваю половину одного из них. От сока меня снова развозит и под хихиканье крогана на заплетающихся ногах, подымаюсь наверх. Там, кое-как доползаю до своей комнаты и, подвинув девчонок, заваливаюсь спать дальше.
Разбудили меня мужские голоса, которые нестройно заорали из соседней комнаты:
Мы — доблестные воины света,
Мы — избранные рыцари Святого Завета,
Смело-о, мы в бой пойдем!
Чмырям клыкастым запросто мы жопу надерем,
Сам Христос нам за командира,
Мы — спецназ, истребители вампиров.[117]
— Что?! Откуда эта песня?! — Простонала я.
— Это ты вчера пела командир. — Услышала я рядом тихий голос Тали.
— Я?!
— Ага.
— Боже, какой позор…
— Да ну, нормальная песня, мы её по третьему разу всей командой пели, здорово было.
— Бля-я-я! Позорище, стыд и срам!!! Вот и скатилась ты Женя на панк рок. — Бормочу я. — И ладно бы КИШ, а ты, эх-х-х…
— Командир, а почему мне так плохо?
— А не надо было абсент пить. И вообще, ты зачем напилась?
— Прости, командир, но я хотела лишь попробовать всего помаленьку.
— И как, попробовала?
— Угу, только мне сейчас так плохо, почему-то…
— Мешать не надо.
— Кому мешать?
— Не кому, а что! Смешивать алкоголь не рекомендуется, похмелье тяжелее и опьянение сильнее.
— А-а-а!
— Вот то-то. А где Лиара?
— Она в бассейн ушла поплавать, сказала, что в воде быстрее отойдёт.
— Черт! Пойти что ли к ней, в воде действительно полегчает. Пойдёшь с нами? — Спрашиваю я девчонку.
— А можно?
— Чего нельзя-то! Пошли давай, только вот надеть по прежнему нечего, а сверкать сиськами перед парнями, что-то не хочется. Да и ты, наверное, не сможешь так-то, застесняешься?
— А там на стуле футболки есть, их Сильвианн принесла.
— Что за футболки?
— Их нам Иесуа пожертвовал.
— У! Так это почти платье, тебе, да и мне до колен будут. Ну, ка! — Говорю я, встаю и, взяв со стула пару футболок одну надела сама, а вторую помогла надеть Тали.
Выходим в зал с диванами, там сидят Макс, Найлус и Гаррус и потягивают пиво из бутылок.
— Привет всем, вам мало вчерашнего? — Спрашиваю я.
— Да нормально всё, Жень, что ты, мы по парочке выпьем, и нам полегчает. Ты сама-то, как? — Спрашивает в ответ Макс.
— Худо мне, но жить буду.
— А ты вчера здорово отожгла! Ну, так ребята говорили, что мол наша Шепард, жжёт напалмом. Кулаки не болят? — Сверкая ехидством, спросил меня Гаррус.
— Не болят, зажило всё уже. И если бы Рекс меня не просветил ночью, так бы и не знала, что натворила по пьяни. Какой позор…
