Нор же просто выпал из реальности, неизбалованный вкусностями, парень просто наслаждался каждым глотком и кусочком.
Когда вернулись, застали момент погрузки. Грант, довольно ворча, таскал коробки с запечатанной рыбой, плотоядно на них поглядывая. Сарен осмотрел нас, корабль и тихо спросил: — Каковы ваши планы, Спектры?
— Планы, ждём у моря погоды, но, думаю, долго не прождём. — Отвечаю я.
— Я тоже думаю, что завтра наш отдых завершится. — Поддержал меня брат.
— Духи, я до сих пор не могу поверить, что ты Найлус. Тот Найлус, которого, я сам выучил и рекомендовал в СПЕКТР. Провидец, предсказатель? — Сказал Сарен.
— Мой дар не зависит от твоей веры, дружище. Он просто есть, и я живу с ним. — Ответил Найлус. — А ты, каковы твои планы, друг мой?
— Пока здесь, в свите Её Величества, а дальше, дальше подумаю. Может, все-таки слетаю домой. — Ответил Артериус.
— Не думай слишком долго. — Прозвучало у нас в головах.
Женька (КК Нормандия SSI-1, 23 июля 2385 г. Система Хомос)
Висим на низкой орбите Латтеша и ждём сигнал от мобильной группы, наши ребята ушли вниз в холодный и заснеженный мир, в котором находилась исследовательская база «Цербера» покинутая некоторое время назад. Там, по мнению аналитиков этой конторы, могли сохраниться данные многолетних исследований по вопросу Врага. Руководил всем этим один из старших оперативников, сгинувший вместе со своими людьми пока непонятно где. Группа просто бесследно пропала, и Призрак попросил нас произвести поиск, чтобы при удаче найти хоть что-то из их работы.
И вот уже три дня мы мотаемся по галактике, собирая разрозненные данные, потроша и обыскивая брошенные исследовательские базы. Единственный пока реальный плюс, это доставшийся нам на одной из них, абсолютно новенький, БРДМ М-47 «Молотоглав». Эта машинка жутчайший дефицит, и возможность заполучить её в свой гараж уже окупила все затраты на поиск. Плюсом в найденных данных было настолько много весьма интересного, что наш яйцеголовый проф, совершенно потерял покой и сон. И с утра и до утра ковыряется в завалах разнообразнейшей информации. Вообще на Солуса визит на Ферос, произвёл неизгладимое впечатление, особенно общение с рахни и их Царицей окончательно обрушившей его представление о мире и его истории. Несколько дней после этого саларианец ходил как громом поражённый и лишь мягкая и ненавязчивая забота Келли и долгие и что уж говорить весьма глубокие беседы со Старым корнем, вернули учёному веру в будущее и желание жить и творить.
Бедный Мордин, под конец жизни понять, что всё, что ты делал в прошлом было ошибкой, жестокой и напрасной тратой времени сил и жизней.
Саларианец глубоко задумался, тому ли он добросовестно служил большую часть своей жизни, сражался, убивал и получал ранения. Но, его деятельная и живая натура в итоге победила меланхолию и проф с жаром вернулся к исследованиям и опытам. Решив активно помочь моим «Рыжикам» закончить с разработкой биоблокады для собственного народа. Лишь в одном вопросе он пока не изменил своего мнения, это «Генофаг», но я надеюсь, что нам всем удастся изменить его мнение на этот счёт. Мордин, несмотря на все свои недостатки и достоинства, и налёт лёгкой сумасшедшинки, вполне вменяемый разумный и умеет не только слушать собеседника, но и слышать его.
На все эти высадки по разным мирам и базам я не хожу, предпочитая отсиживаться в БИЦ и давая всем остальным вдосталь нагуляться без начальственного ока над головой. Народ доволен. Тем более что, в нескольких местах, моей бравой десантуре удалось от души порубиться с гетами-еретиками. Правда, обошлось даже без раненых, так как гетов было немного, и эффективность их действий была невысокой. А сейчас внизу нет даже гетов, только жуткий холод и ветер, гоняющий облака снега из застывшего углекислого газа и метана. Десант надел специальные, теплозащитные плащи на броню, поскольку даже она в таких условиях может промёрзнуть. Бывшая база Цербера, завалена этим снегом и вот уже битый час народ с помощью Скорпиона и его отвала расчищает вход. Как закончат, пойдём на посадку, и внутрь зайдёт научно-инженерная группа. Надеюсь, всё это будет не напрасно и ребята хоть что-то найдут стоящее.
Такие ласковые чувства сзади, тонкие сильные руки обвили меня за шею.
— О чём печалишься, душа моя? — Тихий, любимый голос почти в самое ухо.
— Что-то грядёт, что-то неприятное, очередное грязное галактическое бельё. И мы все окунёмся в это с головою. Как мне это надоело Ли, складывается ощущение, что некоторые разумные просто твари какие-то. Твари, у которых нет ни матери, ни отца, они безжалостны, причём к самым беззащитным, слабым. К детям, женщинам, старикам. Мне снится сон, сон в котором я вижу мальчишку, распятого в какой-то установке, он кричит, плачет, шепчет, чтобы сделали тише. А мы все, стоим и смотрим на него… Знаешь, иногда, изредка, мне хочется просто всё бросить и свалить куда-нибудь, а затем просто смотреть, как этот мир постигнет его судьба.
