В конце концов мы нашли Толво и Квадлопо возле городка под названием Сеттлерс-Энд, где они попали в ещё бо́льшую передрягу, чем предполагал Дюррал. Каким-то образом, выходящим за рамки понимания, они снова связались с той белкокошкой, и она привела их в загородный дворец одного богатого аристократа, где они втроём едва не…
Знаете что? Это совсем другая история. Скажу только, что в тот момент, когда мы их спасли, Толво и Квадлопо уже направлялись к плахе, а белкокошка слиняла с большой кучей драгоценных камней. Где-то тут есть мораль.
Как насчёт меня? Ну, здесь всё немного сложнее. Дюррал отвёл меня на юг, в пыльный городок на границе между Даромом и Гитабрией, и там познакомил со своей женой Энной – выразившись со свойственными ему дипломатией и тактом:
– Прости, милая, я задержался. Это Фериус. Подумай: может, мы захотим её удочерить?
Энна выглядела совсем не так, как описывал Дюррал в своих историях, но всё-таки была очень красива. Она окинула меня цепким взглядом. Арта пресис Дюррала казалась всего лишь бледной тенью её таланта.
– Я думала, Фериусом зовут твоего пса, – наконец сказала Энна.
Дюррал пожал плечами и ушёл в сарай, чтобы расседлать Квадлопо, оставив меня наедине с этой странной и пугающей женщиной. Мы не обменялись и двумя словами, когда она спросила:
– Ты уверена, что хочешь остаться с нами, дитя? Знаешь, как говорят? Один аргоси – беда, два – веское доказательство, что приближается конец света.
Я оглядела прихожую их небольшого двухэтажного дома. О нём особо нечего сказать, да и не похоже было, чтобы кто-то проводил здесь много времени. После особняка сэра Джерваса и сэра Розариты… да чёрт возьми, даже после промозглого полуразрушенного величия Чёрного галеона, это место не казалось чем-то особенным. Не знаю почему я так занервничала, почему так сильно испугалась при мысли, что она не позволит мне тут остаться. Зачем ей это?
Дрожа всем телом, я ответила:
– Пожалуйста, мэм… если вы разрешите мне здесь жить, обещаю, что… что я буду хорошей девочкой.
Энна проницательно взглянула на меня, а потом – как будто один этот взгляд открыл ей сотню секретов – протянула руку и взяла меня за щёку.
– Нет, – сказала она.
Я почувствовала, как рушатся все надежды. Разумеется, она не хочет, чтобы я здесь жила. Дурацкий Дюррал появляется после нескольких месяцев отсутствия, притаскивает в дом Энны полуголодную дикарку и предлагает её удочерить. Как ещё ей реагировать?
– Простите, – сказала я. – Вы правы.
Она взяла меня за обе руки и поцеловала каждую. Уголки её рта приподнялись – один чуть выше другого, и я поняла, откуда Дюррал спёр свою фирменную ухмылку. А потом Энна заключила меня в объятия, и те её прикосновения я помню по сей день.
– В этом доме не нужны хорошие девочки, – сказала она.
Да, ты действительно можешь влюбиться мгновенно.
Так или иначе, за прошедшие шесть месяцев я не оправилась до конца. Я до сих пор путаюсь в событиях. Я всё забываю. Я часто смотрю на себя в зеркало. Может, вам это кажется смешным, но иначе я не могу вспомнить, как выгляжу. Иногда я открываю глаза среди ночи и вижу, что Дюррал и Энна стоят возле моей кровати в ночных сорочках – значит, я опять кричала во сне.
Порой я слышу голоса. Мет-астис говорит, что эксперимент продолжается. Арисса предупреждает, что я должна уйти… Дюррал настаивает, что я сама решаю, позволять ли этим призракам беспокоить меня. Энна напоминает, что Дюррал, каким бы мудрым он ни был на пути аргоси, временами так же слеп, как любой другой мужчина.
А чаще всего я слышу твой голос. Знаки, которые ты начертил на моей шее, по-прежнему там, но они мало-помалу тускнеют с каждым днём. Принц клана объяснил Дюрралу, что большая часть заключённой в сигилах магии износилась или испортилась. Осталось последнее заклинание – то, которое позволяет тебе видеть моими глазами и наполнять мне голову своими мыслями. Кажется, принц клана предлагал уничтожить его, но даже в трансе я отказалась. Думаю, оно само скоро развалится, а у нас с тобой осталось последнее дело, прежде чем мы распрощаемся.
На всех членов Тайного Общества наложили оковы разума, чтобы они позабыли свои эксперименты и их результаты. Принц клана заверил Дюррала, что сделал то же самое с тобой и парочкой других магов, которых не было в Оазисе в тот день. Он сказал, что никто из вас не вспомнит ни моё имя, ни то, что вы со мной сделали.
Здорово, да? Однажды, Сокол, я могу подойти прямо к твоему дому. Может быть, тебе станет интересно, зачем аргоси стучит в твою дверь. Из любопытства ты пригласишь меня, даже не зная, что мы встречались раньше…
