Мстислав Альбертович лично спустился вниз, наградил каждого из бойцов. Я смотрел на это, и признаться честно — был одновременно счастлив, но в этом счастье присутствовали и грустные нотки. Счастлив был, что всё вышло, мой отряд не подвёл, я его не подвёл, и теперь мы получали заслуженные награды. А вот нотки грусти были от того, что скоро с этим отрядом придётся распрощаться. Да что там скоро, уже завтра я приступаю к подготовке верховой езды, а значит ни одной боевой вылазки более не будет в этом составе.
Закончив с поздравлениями, Мстислав Альбертович вновь взял слово.
— В каждой коробочке, под подушкой, лежат ваши оставшиеся награды. Они материального плана, так что разберётесь потом сами. Так же, для празднования столь знаменательного события, мы заказали для наших героев ресторан, чтобы после ратных подвигов они могли расслабиться! Ура!
Пока площадь оглашась криками, он жестом подозвал одну из девушек и тихо мне сказал.
— Она проводит вас в зал, всё организует. Если что не так — говори ей. А теперь ретируйся, а то цветами до смерти забросают.
Я ему улыбнулся, вновь пожал руки присутствующим и бодро спустился со сцены. Улучив момент, узнал у девицы направление и громко скомандовал.
— Нале-во!
Чтобы не ходить через толпу, пришлось пройтись кругами, но как известно, прямой путь — далеко не всегда самый быстрый, так что мы оказались в заказанном для нас ресторане весьма быстро.
Администрация города, и я даю зуб Феликса, что в лице Мстислава Альбертовича, не поскупилась на ресторан. Организовано всё было по высшему классу, так что расслабиться здесь было более чем реально. Изначально, была мысль, чтобы выдать инструкцию аля «не перебирать, официанток не щупать». Но народ у нас вроде как адекватный, ну а случись что — я рядом, разберусь.
Гулянка выдалась на славу! Мы разбились по группкам, заняли столы и постепенно, вкушая предложенные яства, таким же предложенным алкоголем дошли до кондиции. Все столики были забиты до отказа, лишь мой был полупустой, так как сидели мы втроём. Ребята, видя, что мы пришли вместе и о чём-то общались — выдерживали тактичную дистанцию.
К сожалению, или счастью, себя пришлось держать в руках. После того как меня на всеобщее обозрение представили лидером группы, опростоволоситься во время отдыха было бы верхом глупости.
Держался я не зря. Уже глубоко за полночь, один из бойцов пошёл-таки в разнос. Началось всё с невинного заигрывания, но вот потом в ход пошли руки. Официантка, что обслуживала столик, сделала замечание раз, два, после чего влепила пощёчину. И вот этого наш герой не выдержал. Встав, он покачиваясь завис над ней, пьяным голосом пробормотав.
— Ты вообще знаешь, кто я такой?
Ответить девушка не успела. Я к этому столику направился ещё в момент, когда пацан только вставал, так что после его фразы отодвинул девушку за себя, и смотря ему в глаза спросил.
— А ты знаешь, кто я?
На этой фразе в зале воцарилась тишина, парень что стоял, резко побледнел и сдал назад. В зале воцарилась мёртвая тишина, даже нанятые музыканты, и те замерли, не решаясь издать ни звука.
— Простите. Шеф, перебрал…
— Не у меня.
Голос у того дрожал, но храбрости он набрался.
— Девушка, простите. Я перепил, сам не знаю, что на меня нашло. Вот, возьмите, за моральный ущерб.
Он достал пяток монет и протянул девушке, но я ударил ему по руке. Монеты с громким звоном разлетелись по всей комнате.
— Ты решил купить прощение? Запомни, сначала тебя прощают, как человека прощают. Затем можешь принести подарок. Но никогда, слышишь, НИКОГДА НЕ ПЫТАЙСЯ КУПИТЬ ПРОЩЕНИЕ.
Вид у парня стал жалкий, тот посмотрел на девушку такими глазами, которые будут только у щенка, что неделю просидел под дождём. Сказать он что-то не сумел, но его выручила та самая девушка.
— Прощаю я его, прощаю!
Взгляд у неё был такой, словно она того самого щенка от маньяка спасала. И вот этот её взгляд меня резко остудил, словно из ушата холодной водой облил.
— Вольно. — Я развернулся, даже начал уходить, в моменте обернувшись. — Да, монетки то собери, не девчонке же за ними бегать, она вроде как потерпевшая сторона.
Когда я дошёл до столика, воин уже собрал монеты, ещё раз извинился, вручил их девушке. Я вернулся на место, но пусть вновь играла музыка и бегали официанты, атмосфера была разрушена.
Тигрил, что сидел по правую руку, склонился ко мне.
— Икер, слушай, а ты не перегнул?
— Нет. В отряде должна быть железная дисциплина. Их назвали героями, а он одним поступком был готов перечеркнуть, всё, чего достигли. Вот скажи, вы сообщение о повышении репутации читали?
— Да, разом капнуло две с половиной тысячи репутации. Сразу в почтение влетели все.
— А теперь насколько все обрадуются, когда утром из-за пьяной выходки одного придурка всё обнулят, а то и в минус уйдёт? Нет, нам то пофиг, мы сваливать собрались. Даже если совсем припрёт — за воротами заночуем. За себя и вовсе могу не волноваться, мне есть у кого перекантоваться, но вот так бросать остальных? Увольте.
