Гилеанис достал из-за пазухи плоский матово поблескивающий дискмедальон и поводил им прямо перед лицом Килеаны. Девушка зачарованно следила глазами за движениями его руки.
– Я же говорил, что твой отец теперь всегда находится рядом с моим сердцем! – Патетически воскликнул лорд. – Я поместил его сознание в собственную матрицу бессмертия. Ты хотя бы представляешь себе, сколько средств я потратил на то, чтобы создать приборы, имитирующие матрицу Императора? Я мог бы просто пригласить его в этот замок, где бессмертие Повелителей не действует, и убить. Но я этого не сделал. Представляешь, как я дорожу твоим отцом? Ха-ха! Это мое любимое украшение!
– Это хуже смерти! – Возмущенно воскликнула Килеана, пожирая глазами медальон. – Ты не только лишил моего отца возможности возродиться в новом теле, ты даже не отпустил его в мир мертвых, не позволил его душе влиться во всеобщий круговорот жизни и смерти.
– Зато я в любой момент могу вернуть его в мир живых. – Возразил Гилеанис. – Достаточно только вставить матрицу в аппарат-оживитель, и Киллатолис обретет сознание и новое тело.
– Так сделай это, и твое преступление будет прощено.
Гилеанис потер лоб, как будто принимал тяжелое решение, а потом сказал:
– Пожалуй, я этого не сделаю. Лучше я присоединю к этой матрице твою, девочка.
– Тогда ты обречен. – Вздохнула Килеана.
– Почему? – Искренне изумился Диктатор.
Девушка выдержала паузу и торжественно провозгласила:
– Великий Первый Бог возродился!
Гилеанис удивленно и немного разочарованно посмотрел ей в глаза:
– Не ожидал я от тебя такого дешевого трюка. Разве ты не знаешь, что наши Боги пали в Великой Битве? Я сам видел их развоплощение!
– А я видела Великого Первого Бога. – Твердо заявила Килеана. – От него я узнала, что на тебя наложены чары неуязвимости.
Гилеанис вздрогнул, его взгляд забегал из стороны в сторону.
– Этого не может быть. – Растерянно пробормотал он. – Это невозможно.
– Я подтверждаю ее слова. – Сказал Яманубис.
– И я! – Крикнул я, поднимаясь на ноги.
– И я. – Добавила Дилл.
Гилеанис даже не обернулся в нашу сторону. Он как будто прислушивался к чему-то внутри себя. Внезапно лицо лорда осветилось радостью, которая плавно перетекла в выражение самодовольной уверенности.
– Вы пытаетесь меня запугать. – Сказал он. – Но я вам не верю. Ты, Яма-Анубис, Бог Смерти, сражавшийся против Великого Первого Бога, видел его и остался жив?! Ты что, думаешь, будто я поверю в то, что смертельная вражда переросла в дружбу? Я не так глуп. А тебе, девочка, о чарах неуязвимости могли рассказать те Повелители, которые видели, как Великий Первый Бог награждал меня за героизм. Но на всякий случай проведем маленький эксперимент.
Гилеанис принял торжественную позу: выпятил грудь, поднял взор к потолку замка, воздел руки вверх и позвал:
– Великий Первый Бог! Если ты есть, если ты слышишь меня, приди на зов твоего верного слуги, твоего лучшего воина в Битве Богов!
Ничего не произошло. Лишь человеко-гоблины одобрительно заурчали, восхищаясь смелостью своего господина.
Гилеанис удовлетворенно оглядел всех находившихся в зале и повторил:
– Великий Первый Бог! Если ты существуешь, если ты слышишь мой зов, ответь Диктатору Повелителей, который от твоего имени поведет армады боевых кораблей на Срединные Измерения!
И снова отозвались лишь слуги Диктатора. Повторяя движения хозяина, они подвывали в такт его словам и тянули кверху свои мускулистые лапы. Даже те, кто держал Дилл, поддались всеобщему настроению. Волшебница легко выскользнула из лап человеко-гоблинов и оказалась в моих объятиях. Прижавшись друг к другу, мы напряженно ожидали развязки.
– В третий раз я взываю к тебе, Великий Первый Бог! – Произнес Гилеанис, и теперь в его тоне явно проступили откровенно глумливые ноты. – Если ты вновь возродился, в чем я лично сильно сомневаюсь, то попробуй помешать мне убить этих четверых существ, вторгшихся в мой замок!
Человеко-гоблины радостно заревели, видя торжество Гилеаниса, а Яманубис в отчаянии попытался разорвать свою радужную оболочку. У него ничего не вышло, что еще больше развеселило наших врагов. Килеана была бледна, как мел, и только ее губы что-то беззвучно шептали. Может быть, она читала какую-нибудь молитву Повелителей, а, может быть, отчаянно ругалась.
– Вот и все! – Победно провозгласил Гилеанис. – Мне нет равных в этой Вселенной! Я стану ее единоличным хозяином. Древние Боги ушли, теперь время новых Богов, вернее, одного Бога – меня! Мне не страшны ни Высшие Силы, ни Повелители, ни тем более, жалкие смертные существа!
