— Не тяни, амиго! Мы вечно ждать не будем! — тут же повеселела она, озорно подмигнув блондину.
Поездка по сельской местности ничем особым не запомнилась: дорожные указатели, бесконечные поля и редкие жилые дома. Всё было аккуратно, симметрично и почти как с обложки старых журналов про американскую мечту. Закурив вторую за сегодня сигарету, Джек Сильвер, просто смотрел вперёд, пока не доехал до нужного ему поворота.
Его ранчо было в порядке, дроны внимательно следили за стадом, сигнализация была не тронута, а скот сыт и здоров. Прямо мечта любого мальчика из Техаса, только реализованная в Аргентине. Загнав пикап в амбар, он быстро разгрузил покупки и вошёл в дом. Здесь было… пусто.
Спать пока не хотелось, а поэтому, взяв пива и гитару, Джек устроился на крыльце, включил комбиусилитель и взял пару нот. Дав волю пальцам, он размышлял, почти не следя за тем, что играет, больше импровизируя.
Скоро первый юбилей его новой жизни. Целый год, как он поселился на этом ранчо и просто живёт. Без цели, без смысла, просто живёт, день за днём.
Когда у него спросили, чего он хочет, он сказал — ранчо, и его желание исполнили, после чего, кажется, попросту забыли. Сначала он думал, что вернётся к старому, будет играть ту музыку, что разжигала в сердцах людей пламя борьбы, но… после месяца здесь он осознал, что не найдёт здесь слушателей, слишком тут всё было… идеально. Честные фермеры делают свою работу и получают за неё честную плату, преступности нет, медицина и образование бесплатные, а самая большая проблема последнего года — это разбитое окно школы. Сонный рай для простых людей. Ценой всему этому была тотальная слежка, но всех это, кажется, устраивало. Вот и сидел он на крыльце своего дома, бренча аккорды песен из прошлого.
А может… может действительно стоит начать всё с начала? Найти добрую и заботливую девушку, жениться, обзавестись детьми, до конца жизни работать на ранчо и не думать ни о чём, что происходит за пределами ближайшего городка?
— We lost everything… — задумчиво протянул он, — We had to pay the price.
Начало «космической эры» ощущалась скомканным. После моего выступления в штаб-квартире ЕКА кое-какие подвижки начались, но всё шло слишком медленно. Несогласные с возможностью появления хоть какого-то контролирующего органа корпорации и зависимые от них правительства начали действовать в привычной манере, а именно устраивать диверсии, провоцировать бунты и всячески мешать процессу объединения человечества.
На моей вотчине, Южной Америке, всё было относительно спокойно, служба безопасности под руководством Доминики отлично справлялась, купируя угрозы ещё до их появления, но остальной мир погружался в предвоенное состояние. В европейской части СССР начались выступления «борцов за свободу», что с удовольствием брали деньги у своих настоящих хозяев за расшатывание ситуации в стране. Император Японии, внезапно начал отказываться от охраны Арасаки и делать намёки Ёринобу, что у него в руках скопилось слишком много власти. Наследник Сабуро, что сейчас активно реформировал корпорацию, тасуя кадры, даже не знал, как отвечать. Пожалуй, легче всех отделалась НСША, в которых просто умерли несколько влиятельных сенаторов и лоббистов, что решили взять деньги не от тех людей.
Техножрецы-логосы предсказывали начало войны, но на этот раз не корпоративной, а вполне себе мировой, слишком некоторые влиятельные личности не хотели менять статус-кво, в котором они самые большие жабы в своей части болота. Интенсивность боевых действий нарастала, и вот-вот должен был вспыхнуть глобальный пожар, но, на этот случай всё уже было готово.
Захваченные и лишённые свободы воли искины, что оказались у меня в руках благодаря одной крайне удачливой кочевнице, были наготове. Я даже не особо менял уже составленные ими планы, просто немного их подкрутил, сместил акценты и убрал такие пункты, как подрыв нескольких атомных электростанций. Принести в жертву миллионы, чтобы спасти всё человечество… какой простой выбор.
— Рихард, — повернулся к своему напарнику технику Жан, — тебе не кажется, что сегодня что-то не так?
— В каком смысле? — обернулся Рихард, — Вроде, всё как обычно, те же коридоры, те же двери, да и об авариях никто не докладывал.
— Не знаю, но меня не покидает чувство, что тут что-то не так, — поёжился молодой мужчина, — будто за нами кто-то наблюдает.
— Мы в одном из главных дата центров Евробанка, конечно за нами наблюдают, а заодно отслеживают пульс и просвечивают насквозь каждые несколько секунд. Или ты думал, что те штуки под потолком, что мы периодически обслуживаем, тут для красоты развешаны?
— Знаю, звучит как бред, но камеры как будто изменились.
— Знаешь, что, смени-ка ты лучше стимуляторы, которые принимаешь, — хлопнул Жан приятеля по плечу, — у тебя от них уже, кажется, мозги начали спекаться.
— Да, возможно.
