После экстренной реанимации, извлечения чипа блокиратора и сдачи цели команде Травма Тим, наёмники остались одни в разгромленной квартире.
— Ладно, я вам больше не нужна, а потому отключаюсь, — раздался голос до этого молчавшей Ти Баг, — мой гонорар переведёте на обычный счёт.
— Хух, справились, — прислонился к относительно чистой стене Джеки, — мы ведь почти…
— Да, почти, — устало выдохнула Ви, но подняв голову, всё же смогла улыбнуться напарнику, — но если хотим попасть в высшую лигу, то должны перестать попадать в такие ситуации.
— Согласен, чика, согласен. Ну, что, домой?
— Да, но сначала…
— Знаю-знаю, забрать всё ценное на продажу, погрузить в машину и только потом уезжать, — отмахнулся Джеки, уже подбирая успевший остыть пулемёт, — не первый год работаем.
— Рада, что ты запомнил.
Закончив с обыском и отмыв руки от крови, наёмники спустились на парковку, нагруженные как два мула вещами на продажу.
— Хух, — закрыл крышку багажника Джеки, — не против, если я одолжу у тебя тачку на вечер? У меня вроде как свидание с Мисти, а идти пешком…
— Конечно, бери, только подбрось меня до дома, — легко согласилась Ви, — а заодно закинь наши трофеи Вику, — не удержалась от улыбки она.
— Карамба! Ви, признайся, ты дьявол, что явилась за мной за грехи мои! — театрально воскликнул Джеки, — До того, как я встретил тебя, я даже не думал, что буду столько работать!
— Ничего, тебе полезно, — прыгнув на пассажирское сиденье, ухмыльнулась Ви, — или ты так и хочешь водить Мисти в уличные закусочные?
— Ладно, уговорила, — заведя мотор, согласился Джеки, — тем более ехать на свидание, когда у тебя на заднем сиденье лежит целая гора «грязных» имплантов — не лучшая идея.
Поездка в Уотсон прошла без сучка и задоринки, даже конвой полиции и несколько встреченных групп МаксТак их не остановили. На парковке мегабашни, Джеки напомнил Ви, что завтра у них важный день.
— Перед тем как отправишься на эту встречу, — привлекла внимание Ви Мисти Ольшевская, — не хочешь, чтобы я тебе погадала?
— Почему бы и нет? — легко согласилась бывшая кочевница, всё ещё привыкая к новым имплантам, установленным несколько минут назад.
— Ми аморе, нас ждёт уважаемый человек, — пытался образумить девушек Джеки.
— Ничего, несколько минут ничего не решат, — спокойно ответила Мисти, уже начав тасовать колоду, — итак, первая карта — Шут — это, конечно ты.
— Ну, спасибо…
— Шут — символизирует начало пути, — никак не отреагировав на замечание Ви, начала пояснять значение карты Мисти, — ты полна энтузиазма…
Закончив гадание, Мисти с тревогой проводила взглядом Джеки и Ви. Она понимала, что это всего лишь карты и она может ошибаться, но предсказание было тревожным. Шут, Колесо Фортуны, Перевёрнутая Колесница и Маг. Её друзей ждала большая опасность, намного большая, чем они могут себе представить.
Ещё раз, перетасовав колоду, она решила погадать на более отдалённое будущее. Настроившись на будущее Ви, Мисти вытянула первую карту.
Верховный Жрец.
Вторая.
Верховный Жрец.
Третья.
Верховный Жрец.
Не справившись с шоком, она выронила колоду из рук. Все карты били одинаковые.
Верховный Жрец!
Рассыпавшиеся по полу карты сложились в единую картину. Четыре глаза из темноты смотрели ей прямо в душу.
В панике отходя назад, Мисти споткнулась о стоящий сзади стул. Потеряв равновесие, она упала на пол, но, когда вновь посмотрела на разбросанные карты, наваждение пропало. Утерев выступивший на лбу пот, Мисти собрала колоду обратно и пообещала больше не покупать благовония у того странного парня с соседней улицы.
— И ещё, мисс Ви, — остановил девушку Декстер ДеШон, когда она уже готова была выйти из машины, — так тихая жизнь, или смерть в лучах славы, м?
прим. автора.
Планета Хагалаз была в своём роде уникальной. Имея атмосферу из смеси газов почти полностью идентичных земным, она стала бы прекрасным домом для людей, но из-за медленной скорости вращения в 98 земных суток, по планете вечно странствовал грозовой фронт, образующийся из-за столкновения тёплых и холодны воздушных масс. Относительно спокойная жизнь здесь была возможна только под землёй, однако даже в таких условиях на Хагалазе зародилась жизнь, что смогла приспособиться как к постоянным штормам, так и к длительным периодам жары и холода.
