Вообще-то спать по ночам было сложно. Это потом я привык не обращать внимание на сопение и стоны. Но могу точно сказать, что из тридцати спальных мест половина ночью пустовала по причине того, что молодые маги занимались сексом регулярно. Да ещё, паразиты, старались оккупировать кровати ко мне поближе. Даже не знаю, не то глядя на моё тело возбуждались ещё больше, не то специально хотели меня раззадорить. Но вот так нахально связать и воспользоваться беспомощностью никому в голову не приходило.
Я после того ночного инцидента почти три дня у лекарей провёл. Господин Куммар меня долго воспитывал и корил. Якобы предпочтительнее отдать свой зад, чем умереть от истощения магических сил. Сырой магией вообще никто не работает. А я уже второй раз ею отбиваюсь. Третий раз могу и не пережить. Послушал я послушал главу корпуса, а потом послал… проводить разъяснительную беседу среди учащихся. Заодно пообещал, что может остаться без кадетов. Если бы я руки чуть повернул, то спалил бы всех, кто рядом был. Маг что-то крякнул и утопал. Но воспитательные меры предпринял. Здесь всё сводилось к клятвам на крови. Весь курс поклялся, что не только магически, но физически не будут причинять мне, такому хорошему, вреда.
Вот после этого я смог нормально заняться учёбой. Из библиотеки почти не выходил. Если было время, сразу после занятий в личном блоке шёл пополнять недостающие знания об этом мире. А через три месяца понял, что в своём стремлении узнать местную жизнь, слишком «обскакал» однокурсников. Я как-то сразу и не понял, что кадеты далеко не так образованы, как я предполагал. Потом уже, по обрывкам фраз понял, что здесь все поголовно сироты. Как оказалось, способности к магии очень ценились. И ребёнка в возрасте десяти-двенадцати лет отводили в храм на проверку. Если обнаруживалась магия, то мальчика отдавали в начальную школу. А дальше классика жанра – со способностями и силой шли учиться в Академию магии.
Вот только в военно-магический корпус попадали те, у кого не было никого, кто в своё время отвел бы в храм. И узнавали они о способностях, когда магия стихийно активировалась. Для меня было потрясением, когда я понял, что половину моих однокурсников можно было смело называть малолетними преступниками.
