Возводить на трон правителя, оказывается, очень неблагодарное дело. Все так и норовят подстроить тебе какую-нибудь пакость. Например, ткнуть в спину магическим кинжалом. Естественно, ради одной «государственной необходимости», никак иначе. Вот только предавшие немного не учли всех возможностей Олега – некогда веселого студента из нашего мира, а ныне могущественного демона-некроманта. Да и его друзья – личи и вампиры – вовсе не согласны с тем, чтобы он отправился в царство мертвых после такой ерунды. Так что пришлось Олегу из могилы по-быстрому выкарабкиваться, дабы восстановить справедливость. А уж когда демон-некромант со всем своим энтузиазмом берется восстанавливать справедливость, то окружающие очень скоро понимают, что старая латинская пословица «Пусть рухнет мир, но восторжествует правосудие» иногда может рассматриваться в буквальном смысле!
Гм… Кажется, мой Исток только что изволил провалиться в полностью бессознательное состояние, вызванное пятью бутылками «Крепленого иринийского», а посему у меня появилась возможность немного посвоевольничать. Итак, позвольте представиться: Ариох, высший демон класса «Пожиратель душ», повелитель инфернианского домена мира Эльтиан. Кажется, в одной из людских мифологий подобных мне сущностей называли князьями Тьмы. В книге же, откуда мой Исток взял себе псевдоним, который я сделал своим именем, мы назывались герцогами Хаоса[1]… Впрочем, неважно. Я не очень-то интересуюсь измышлениями потенциальной пищи.
Вы спросите: почему же тогда я так рад возможности посвоевольничать? Мол, что может помешать столь могущественному типу, каким я себя провозгласил, поступать, как только в голову взбредет?
Увы. Могущественный-то я могущественный, шесть
Если же говорить всерьез, то мой Исток – Олег Давыдов, бывший студент филологии в мире Земля, а ныне – могущественный некромант и магистр магии Огня, известный здесь, в Эльтиане, под именем Ариох, ненаследный княжич Бельский. Именно его подсознательные желания, мечты и стремления послужили основой для моего рождения – да-да, тот самый Олег, чье тело сейчас, пока я еще не перехватил над ним контроль, валяется лицом в блюде с жареной бараниной. Так вот, он категорически отказывается от слияния сознаний. Абсолютнейшая глупость – он боится, что при этом утратит свою драгоценную личность, и разубедить его в этом заблуждении пока не получается. А без слияния – увы и ах! – моя власть остается почти чисто номинальной.
То есть нет, вы неправильно поняли! Я хоть сейчас могу двинуть свои легионы куда и на кого угодно. Но что в этом толку, если нашим телом, в котором мы оба пребываем, управляет Исток, позволяя мне проявляться лишь изредка и ненадолго. И то в основном только для того, чтобы вытащить нашу с ним общую задницу, вкупе с остальными прилагающимися к ней частями тела, из очередной смертельной неприятности, в которые он влипает с завидным (а точнее, НЕзавидным) постоянством.
Вот и сейчас. Влез в гражданскую войну, что уже пять лет идет в одном средних размеров, но донельзя разрушенном и забытом всеми богами, кроме одного, весьма и весьма неприятного, королевстве под названием Фенриан. Причем влез на стороне проигрывающей, практически не имеющей ни власти, ни контролируемых территорий принцессы Аталетты.
Нет, я, конечно, все понимаю… Натуральная блондинка с хорошей фигуркой, милым личиком и все такое… Тоже мне нашлась Елена Троянская!
Ну ладно, влез. Но зачем на пиру в честь его прибытия (мой Исток – персона знатная, простым приветом от него не отделаешься, да и обычаи здесь такие) надираться как последняя свинья? Впрочем, не буду оскорблять животных. Как рыцарь – это будет точнее, ибо большинство из присутствующих в пиршественном зале представителей этого сословия пребывают в аналогичном состоянии. Хотя, отнюдь не все…
Кажется, молодой дворянин за соседним столом позволяет себе насмешничать над нами? Сожрать его, что ли… Впрочем, нет, не стоит. Вдруг Исток огорчится. Ему, наверно, будет неприятно, если я буду есть его союзников. Ну тогда пошучу немного, а после можно будет и делом заняться. Заодно проверю навыки управления, что пока бесцельно спят в моей крови, не находя себе никакого применения. Но вначале – шутка! Знаете, мы, демоны, очень любим хорошие шутки. Только вот люди почему-то наш юмор плоховато понимают. То разбегаются с воплями, а то и вовсе берут и умирают прямо на месте. Со смеху, наверно! Ну да ладно, это их проблемы, а я перехватываю командование над нашим телом.
Опять проклятое похмелье
рассольчик заставляет пить.
Но за вчерашнее веселье
готов я многое простить.
Ох… Как хотелось б похмелиться…
Но нечем… Все… Бросаю пить!
– Уй-ё-о, – простонал Олег.
Похмельное утро – вещь сама по себе достаточно неприятная, но, если вас будят яркий солнечный луч, падающий прямо в глаза, и открытая дверь, в которую доносятся крики отвратительно бодрых и ничуть не страдающих от дикой головной боли и пересохшего горла слуг, оно становится в два раза более омерзительно.
– Да-а-а… – Знакомый голос ехидной вампирессы, коварно раздернувшей шторы, ядовитым буравчиком вонзился в измученный алкогольными видениями мозг. – После ТАКОГО загула – как не быть похмелью… Рассол на столе.
– Уф-ф, – протянул Олег, делая гигантский глоток и прикрывая глаза. – А покрепче чего-нибудь не найдется? – поинтересовался он, сидя в напряженной позе и держа голову неподвижно, дабы не потревожить обосновавшуюся там бригаду молотобойцев. – Похмелиться бы не помешало…
