Меж тем всадники, что медленно сопровождали лодку и пловцов вдоль по берегу, попробовали направить коней в воду. Но кони упрямились, и они оставили эту попытку, выдернули из-за спины луки и метнули несколько стрел в их сторону. Но те упали далеко в стороне, и степняки прекратили неудачную стрельбу.
— Они будут ехать за нами, а потом все равно схватят, — уныло проговорил спасенный стариком юноша, потерявший много сил в борьбе с водоворотом.
— Молчи, Сабар, — грубо оборвал его рябой, — не будь бабой, что горшок с кашей разбила. Живьем все одно не дадимся.
— Выкрутимся как-нибудь, — поддержали его остальные, — не в первый раз. И не в такие переделки попадали.
— Да мне чего, я как все, — грустно ответил тот. И тут старый Назис, которому также не терпелось отделаться от неожиданных спутников и скорее вернуться домой, решился вставить свое слово.
— Я вам вот что скажу, послушайте меня. Надо ближе к берегу сейчас подплыть, и можно будет обхитрить сартов.
— Это как же? — насторожились пловцы.
— А так… Скоро в Тобол речка маленькая впадать будет, а берега у нее топкие, коням не пройти, — он махнул рукой в сторону всадников, неотрывно следующих за ними, — они кинутся в объезд. Вы тогда из реки и выберетесь и в лес. Он там близехонько от реки. И вам хорошо, и я домой вернусь, — И старик, довольный, обвел всех слезящимися глазами.
Те же, выслушав его, не проронили ни слова, поглядывая Друг на друга.
— Ладно, дальше видно будет. Доплыть еще надо, — ответил за всех рябой, недобро сверкнув глазами.
Вскоре река сделала поворот и вслед за ним показалось устье небольшой речушки, о которой и говорил старый Назис. Всадники, которые чуть опередили плывущих, заволновались, загомонили и стали размахивать руками, постоянно поглядывая в сторону лодки, уже миновавшей устье речки.
— Выгребай на середину, — неожиданно скомандовал рябой, — пусть думают, будто мы дальше поплывем.
Старик направил лодку в сторону от берега, и столпившиеся перед топким берегом всадники, боясь упустить их, повернули коней в объезд.
— Вот этого-то нам и надо, — удовлетворенно проговорил рябой, а вслед за ним заулыбались и остальные, — подгребай осторожно к берегу да поглядывай, чтоб проклятые сарты не вернулись. Давай, давай…
Как только лодка ткнулась в песок и пловцы выбрались на берег, Назис тяжело шагнул следом, держась рукой за натруженную спину. Все четверо приплывших с ним воинов начали выжимать мокрую одежду и торопливо натягивать ее на себя. Старик опустился на песок, поглядывая на стертые до кровавых мозолей ладони. Тут к нему подошел рябой, бывший старшим среди остальных нукеров.
— Лодку мы у тебя, отец, заберем. Она нам сейчас нужнее будет. Ты уж доберешься как-нибудь.
— Да куда же я без лодки? — Выкинул к нему обе руки старик. — И не порыбачу, и сарты меня схватят без нее…
— Нужен ты им, — проговорил тот и повернулся к парню, — поплывешь на лодке в Кашлык. Нужно предупредить всех, если мы не дойдем. — Парень молча кивнул головой и пошел к воде, все так же молча подобрав лежащее на песке весло.
Назис, не помня себя, бросился следом, уцепился за сделанное им собственноручно весло, но парень грубо вырвал его и оттолкнул долбленку от берега.
— Я же спас тебя! — закричал в спину ему старик. — А ты, а ты… хуже сартов… Такие же, как они…
— Замолчи, старик, а то в самом деле их сюда накликаешь, — угрюмо проговорил рябой и пошел вслед за остальными двумя, уже спешащими к лесу, нукерами.
— Да будьте вы все прокляты! Чтобы ваши глаза Вороны выклевали! Чтоб детей своих не увидели никогда! Вы еще попомните старого Назиса, — посылал им вслед страшные ругательства Назис.
Но те даже не обернулись, будто и не слышали его проклятий, а спокойно скрылись в лесу. И тогда Назис горько заплакал, утираясь шапкой, понял, что сегодня он потерял большее, нежели лодку…
Связанного Едигира увозили на лошади из горящего леса. Проезжая, он видел лежащих со стрелами в груди своих нукеров, а рядом убитых степняков. Теперь их поглотит лесной пожар, соединит вместе пепел, развеет по обгорелому лесу.
Едигиру подумалось, что, вероятно, и его ждет столь же бесславный конец вдали от друзей, и ханский шатер перейдет в чужие руки.
Несколько раз на тропу выскакивали испуганные зайцы, шмыгая меж лошадиных копыт. Чуть в стороне пробежала осторожная лиса, мелькнув рыжим боком. Серыми тенями промчалась пара волков, злобно глянув на людей, будто обвиняя их в лесном пожаре. И далеко в стороне, громко трубя, ломая валежник, прошло лосиное стадо, спешно пробираясь к реке. А над головой прыгали с ветки на ветку, не желая спускаться на землю, рыжие белки и темно-коричневые соболи.
Наконец, сотня Кучума выбралась на берег Тобола и торопливо начала переправу на противоположный берег. Там их поджидали остальные сотни и приветствовали радостными криками, подбрасывая высоко вверх копья и луки.
