Чуть позже, когда всё наладится, мы сможем сказать друг другу, что чувствуем и найти компромисс - так все поступают. А сейчас... нет, сейчас я не готова обсуждать эти вещи. Я просто буду очень стараться и надеяться, что образ черноглазого блондина затмит тот, другой. Я буду пытаться! Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы полюбить Рида. И очень надеюсь, что он сделает то же самое.
- Малышка... - прошептал наречённый, а его правая ладонь скользнула вверх и по-хозяйски сжала мою грудь.
- Рид!
- Что? - отозвался блондин тихо. Он прекрасно видел моё возмущение, но руку с груди не убрал, наоборот - сжал сильнее и вновь к губам потянулся.
- Ридкард!
Я попыталась вырваться из захвата, но куда там. Прижал крепче прежнего, а его ладонь... она на вторую грудь переместилась.
- Эмелис , ну что ты паникуешь? - прошептал черноглазый. - Всё хорошо...
- Хорошо?!
- Малышка, я четыре года ждал этого момента. И раз уж ты настояла на том, чтобы отложить свадьбу...
- Рид!
- Эмелис , согласись, это будет справедливый обмен.
Чтобы не завизжать, пришлось до крови прикусить губу, но их величество этого не заметил. Он был занят. Он покрывал жадными поцелуями мою шею и трогал, трогал, трогал...
- Рид, я не могу...
- Малышка, перестань... Мы вот-вот поженимся. Чего тебе бояться?
- Я не могу...
- Обещаю, тебе понравится, - шепнул блондин и, не разжимая объятий, сделал шаг вперёд.
Я инстинктивно отступила. Сквозь панику, которая заполнила сознание, пробилась одна единственная мысль - мы пятимся к спальне.
Да, у меня были лучшие учителя, и актёрское мастерство мне тоже преподавали, но научить плакать на заказ так и не смогли. Так что слёзы, которые покатились по щекам, были настоящими. Как и горький всхлип, который вырвался из горла.
- Эмелис , - выдохнул Рид, останавливаясь. - Эмелис ...
- Не могу! - взвизгнула я.
Лишь теперь поняла - слезами дело не ограничится. Меня уже колотит, ещё немного и начнётся самая настоящая истерика. Вторая за последние пару суток.
Ридкард, как ни удивительно, тоже понял.
- Прости. - Блондин не отпустил, но его объятия стали другими - целомудренными, почти дружескими. - Прости, я не хотел напугать. Я... я просто без ума от тебя, Эмелис . Понимаешь?
Я едва не завыла, даже рот ладонями зажать пришлось.
- Эмелис ... - В этом вздохе звучало всё: разочарование, грусть, сожаление, и даже нотка паники.
Мы застыли, мир застыл вместе с нами. В тишине, окутавшей гостиную, был слышен лишь отчаянный треск поленьев и мои всхлипы. Очень хотелось отодвинуться, отойти от Ридкарда, но новоявленный король Верилии не отпускал. Наверное, думал, что в его объятиях успокоюсь быстрее...
- Эмелис , прости, - когда тишина стала поистине гнетущей, сказал Рид. Потом шумно втянул ноздрями воздух и продолжил уже жестче: - Я всё понял, малышка. Я больше не настаиваю. Но и ты пойми - однажды нам придётся это сделать. И это, поверь, не так страшно, как кажется на первый взгляд.
Я опять всхлипнула, а Ридкард взял за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. Он улыбался...
- Эмелис , знаешь, а это даже хорошо, что ты... что мы... - Рид на мгновение запнулся. - Мы поступим согласно традициям. Слово в слово. Пышное белое платье, усыпанная лепестками роз постель, первая брачная ночь... И раз уж мне выпало счастье жениться на девственнице, мы... обратимся в Храм и попросим высшего благословения Богини.
Четверть часа назад, когда ладонь его величества сжимала мою грудь, а губы обжигали шею, я думала - всё, хуже уже не будет. Но эти слова... О Всевышний, это крах!
Все пары, идущие к алтарю, просят благословения у создательницы нашего мира. Это обычно, нормально, и ничего особенного от супругов не требует. Но испрошение высшего благословения - обряд иного порядка.
В действительности он очень прост. После первой ночи молодая жена складывает простынь, что устилала брачное ложе и идёт в храм Богини. Пешком, в сопровождении мужа и его родни. Там, перед ликом статуи Богини и в присутствии служительниц храма, она эту простынь разворачивает, демонстрируя всем присутствующим следы единения.
Старшая служительница, или приглашенный по такому случаю маг, проверяют следы на подлинность. Причём смотрят не только кровь, но и след, который оставляет мужчина - как свидетельство того, кто именно делил с новобрачной постель.
Если всё в порядке, то все присутствующие на обряде люди опускаются на колени и просят Богиню благословить этот союз. И если верить сказителям и храмовникам, то это тот случай, когда Богиня не отказывает.
После церемонии старшая служительница выходит во двор храма и сообщает результат проверки всем, кто ждал снаружи - так как молодожены идут в храм пешком, и намерений своих не скрывают, за ними непременно собирается хвост зевак. Ещё храмовницы начинают звонить в колокол, ну чтобы оповестить о счастливом событии даже тех, кто судьбой новобрачных не интересовался.
