Гость, все это время молча внимавший начальству Александра Игоревича, коротко усмехнулся и, вскинув руку, странновато дернул пальцами. Сразу после чего на кончике его среднего пальца вспыхнул синевато-зеленый огонек, который, впрочем, на нем не задержался, а, оторвавшись от пальца, чуть подвсплыл и повис, слегка сдвинув световую гамму внутренностей выгородки в сторону синевато-зеленых оттенков. Сам полковник снимал это все на вполне ординарную защищенную камеру «GoPpro», которую привезли ребята из его группы.
– Это «светляк», – пояснил гость. – Особых возможностей нет. Простой фонарик. Можно регулировать окраску светового потока, мощность, фокусировку и еще пару параметров. Доступен уже с первого уровня и не требует ни батареек, ни какой иной механики и электроники… Еще могу бросить на вас простенькую «лечилку». Особенной пользы она не принесет, но если у вас болят суставы или там язва мучает – пройдет в течение минут пятнадцати. Да и усталость снимет. А то вы какой-то сине-зеленый, – усмехнулся пришелец. – Рискнете?
– А давайте, – усмехнулся в ответ директор.
Их собеседник опустил руку, направив ее на директора, отчего Коробов рефлекторно напрягся, снова этак с подвывертом дернул пальцами. В следующий момент полковнику показалось, что от руки гостя конусом распространилась некая еле заметная волна, но, скорее всего, это был самообман. Потому что директор усмехнулся и спросил:
– И что – никаких внешних признаков? Ну, типа, сияния или там светящихся ладоней?
– В Коме лишняя иллюминация – лучший путь в брюхо тварей. Да и любое лишнее излучение – это показатель того, что форма не оптимизирована и часть вложенной в нее энергии просто рассеивается в пространстве. На столь простых формах у меня уже давно подобного не случается. Так что заметить эту форму можно, только если вы имеете природную чувствительность к хасса или заимели первый узор и включили «острый взгляд».
– Понятно-о, – протянул директор. Но по тону Коробов понял, что ему как раз почти ничего не понятно. Впрочем, и сам Александр Игоревич испытывал схожие проблемы. «Первый узор», «острый взгляд»…
– А что-то посложнее и более впечатляющее можете сделать?
– Могу. Но не здесь. На Земле хасса практически нет, а портал я закрыл. Да и будь он открыт – все равно более или менее приличный фон, позволяющий оперировать сложными, многоуровневыми формами хасса, будет распространяться не далее, чем на пару тисаски… м-м-м… чуть меньше ста пятидесяти метров. Ну, так говорил мой учитель…
– А портал можно открыть только здесь? Уж больно место неудобное.
На этот вопрос гость ответил не сразу.
– Не знаю, – с некоторым сомнением начал он через полминуты. – Мой учитель говорил, что при определенных условиях портал теоретически можно чуть-чуть подвинуть. Но он не знает, имеются ли эти условия в нашем случае.
– Почему?
Гость вполне земным жестом пожал плечами (полковник продолжал рефлекторно фиксировать это).
– Чтобы это узнать, нужно снять параметры портала. А я сразу после открытия перешел на Землю, после чего немедленно его закрыл. Успел ли он снять эти параметры – я не знаю. Мы решили не рисковать более, чем необходимо, и не держать портал открытым.
Директор кивнул.
– Да, мне доложили о ваших затруднениях… Но если это окажется возможным – насколько его можно сдвинуть?
– Это опять-таки зависит от параметров, но максимум – на несколько каршемов. Это где-то полтора-два, в лучшем случае три километра.
Директор досадливо скривился.
– Да уж, хрен спрячешь – в таком радиусе почитай все сплошная застройка. Даже метро провели уже… И леса нормального нигде нет – максимум лесопарки! Ну да ладно – пора ехать, – он протянул руку, прощаясь. – С собой вас взять, к сожалению не смогу, да и здесь вам культурную программу тоже сделать не получится – сами понимаете, чем с меньшим колличеством людей вы контактируете, тем меньше о вас знают и тем больше у нас развязаны руки для помощи. Но если что хотите – поесть, душ принять, фильмы новые посмотреть – спрашивайте. Постараемся сделать в самые короткие сроки.
– Ну, мне пока не до фильмов… а к интернету вы мне доступ, я так понимаю, не предоставите. Так что если только перекусить чего. Выпечки какой-нибудь, что ли. С этим в Коме довольно туго. Пшеница там не растет, – усмехнулся гость.
– Сделаем, – кивнул директор и повернулся к Коробову. – У тебя здесь кто?
– Вся группа.
– Ты – едешь со мной. Так что назначь старшего, и пусть он организует чего из выпечки и поднимается сменить тебя в… развлечении нашего гостя. А ты дождись его и выходи к моей машине.
