Как я могу решиться на такое? Оставить своё привычное, тихое, уютное болото, и удариться во все тяжкие. В конце – концов , для счастья , нужно всего две вещи, – здоровое тело и спокойная душа, – здраво рассудил я, но это меня как-то не порадовало.
– А причём здесь родные? – спросил Чёрт, – жизнь-то твоя. Смотри сам, тебе решать.
– Нет , я не могу, – ответил я ему.
– Как знаешь, – разочарованно произнес он. – Эх, люди, люди, людишки , зря я только на вас время своё трачу. Потеряли вы дух авантюризма. Ладно, живи, как и жил, вздыхай дальше. Жди когда придёт твой час. Скучно с вами. Пошёл я.
Чёрт, встал со стула и собрался уходить. Во мне что-то оборвалось,
– Постой! – воскликнул я. – Забери меня с собой. Какая разница раньше или позже. Что напрасно небо коптить? Я не могу, боюсь, а главное не хочу, что-то менять, и доживать остаток своей жизни мне придётся также серо и уныло, как и жил. Достало всё, ничего не радует, лучше уж умереть.
– Если так хочешь, я не против, – согласился Чёрт с моей просьбой, только спросил :
– Может все – таки лучше тебе обратиться к психологу?
– Нет, я так решил, – ответил я.
– Ну, раз решил, тогда пошли.
Утром, проснувшись, жена нашла меня на кухне сидящим мёртвым за столом. Я смотрел перед собой остекленевшими глазами и улыбался. У неё случилась истерика. Приехавшие врачи скорой помощи констатировали смерть от остановки сердца. Но мы то, ведь с вами знаем, что произошло на самом деле, – человек вышел на свободу по УДО.
Крыса, загнанная в угол не сдаётся. Она может и кошку покусать и угол прогрызть. Не надо загонять её в угол.
Мне снился какой-то, дурацкий, сон про чёрта на моей кухне, пока я не проснулся от звука перфоратора. Даже несмотря на канун Нового года, сосед никак не унимался. У него продолжался вечный ремонт.
– Чтоб тебя! – со злостью выругался я, продолжая лежать с закрытыми глазами. – Эта пытка никогда не закончится! Вставать не хотелось, но сосед не унимался.
– Вот тебе и Доброе утро, – подумал я с раздражением. Как же хочется провалиться в пустоту ничего не видеть, ничего не слышать, ни о чём не думать, умереть понарошку. Был нерабочий день. Хотелось выспаться, но видно не судьба, придётся вставать. Из кухни доносились голоса и звон посуды. Жена с тёщей уже во – всю занимались приготовлениями к наступающему празднику.
– И, этим неймётся , – пробурчал я, встал с кровати и поплелся зевая в ванную. Давайте знакомиться. Все зовут меня Юра. Юрий слишком официально , а Юрик наоборот, как-то звучит по-детски. До Юрия Батьковича я не дорос, несмотря на возраст. Впрочем, зовите меня , как хотите, мне всё равно. Я мужчина среднего возраста, незаурядной внешности, чем-то похожий на Шрека. Мне за пятьдесят, а чувствую я себя дряхлым стариком. Всё это неправильный образ жизни. Вот проснулся, и ощущение такое, как будто на тебе всю ночь ездили. Правильно говорят : «Если после пятидесяти у тебя ничего не болит, значит, ты умер».
Да ещё этот Новый год! Не знаю, как другим, а мне с годами все эти Новые годы и Дни рождения, не прибавляют настроения. Ещё одна вешка на пути к финишу. Это в молодости хорошо, вся жизнь впереди, а тут, сколько их отмерено еще этих вешек, никто не знает. Молодость прошла, подкралась старость. Оглянешься назад, и становится грустно. Что я видел в своей жизни? Да, ничего особенного. Сплошные серые будни. А кого в этом винить? Сам виноват. Всё своё свободное время проводил дома, на диване, перед телевизором, или на кухне. Работал на заводе. Тянул лямку, каждый день надеялся, что вот-вот что-нибудь изменится. Жил, как будто писал черновик. Только сейчас я стал понимать, что ничего в жизни не вернуть, не вписать в э у летопись что-нибудь, не переписать начисто. Вы не подумайте , я не ною, и не жалуюсь. Грех Бога гневить, он меня любит. Уберег меня и от тюрьмы, и от сумы.
– Не сдох, ещё, вот и радуйся, – успокаивал я себя.
Да, что-то нет радости, чувствуешь себя каким-то пустым местом. С голода не пух, а лишней копейки никогда не было. Ничем серьёзным не болел, а каждый шаг по рублю, то здесь болит, то там ноет. По жизни ни друзей настоящих, ни врагов заклятых не имел. Одни знакомые да приятели. И, я для всех, не друг, не враг, так ни с чем пирожок. Жизнь Зебра у меня, черно – серой породы, а синица в руках, больше похожа на колибри. Кругом одно разочарование.
– Ладно , хватит париться, у других и этого нет, – произнес я вслух, стараясь отогнать этими словами свои грустные мысли. Потом, подумал, вздохнул и добавил :
– Хотя у некоторых есть всё. Кругом сплошная несправедливость!
С этим умозаключением я зашёл в ванную комнату, открыл воду, и посмотрел на себя зеркало. Глаза бы мои не видели этого ужаса. Как увижу своё отражение, так сразу жить не хочется. Рожа протокольная, пузо огромное, ножки , ручки тонкие, похож на жабу, переростка. Прости Господи! Чудовище. Когда-то в молодости, был, красивый. Как говорит жена. Куда, что делось? Годы никого не красят. Я опять тяжело вздохнул, и начал бриться.
