— Со мной. Отвлекать внимание, чтобы вас не заметили. — Черноволосая Кэри шагнула к тюфяку и присела рядом с хрупкой Китрин. Обняв ее за плечи, она улыбнулась. — Соберись, сестра моя. Готова к подвигу?
Китрин сморгнула слезы.
— Кит? — Маркус вопросительно посмотрел на актера.
— «Шалость Андрикора», комедия кабральского поэта, — пояснил тот. — Герцог, правитель города, умирает в борделе, и шлюхи тайно волокут его тело домой, пока жена не проснулась.
— Каким образом?
— Это ведь комедия, — пожал плечами мастер Кит. — Давайте выкатим тележку, поможете?
Факелов не было, вместо них взяли два оловянных светильника из задней комнаты. Булавками подкололи покороче платья и наполовину расшнуровали их у шеи и на спине. Волосы свисали вольными локонами, словно когда-то были уложены в прическу и теперь растрепались. Кэри накрасила Китрин губы, нарумянила щеки и грудь: в ночной тьме парочка казалась изваянной из солнечного света и игривых обещаний.
— Досчитайте до трехсот, — велел мастер Кит, обращаясь к Кэри. — Потом ступайте следом. Если подам знак…
— Затянем песню, — кивнула Кэри и повернулась к Китрин. — Расправь плечи, сестра моя. На нас должны оглядываться.
Маркус взглянул на тралгута, взваливающего мертвеца на плечо.
— Ярдем!
— Да, сэр?
— День, когда ты сбросишь меня в ров и примешь отряд?..
— Я и есть отряд, сэр.
— И то верно.
Маркус шагнул в темноту. Холод за это время усилился, выдыхаемый воздух застывал белым облачком пара, щебень на дороге казался выточенным из льда. От тележки веяло запахом смерти — слабым, кровавым, знакомым Маркусу как собственное имя. Рядом с ним, тяжело дыша от натуги, толкал тележку мастер Кит. Живые тащили мертвых по черным улицам, ведомые лишь памятью и звездным светом. Кровь на боку Маркуса уже застыла коркой, которая теперь давала о себе знать при каждом движении. Он изо всех сил толкал тележку; пальцы успели заныть, онеметь и вновь заныть. Позади он вдруг услышал голос Кэри, взвившийся в непристойной песне, и тут же — как тростниковая флейта, вторящая трубе, — к нему присоединился голос Китрин. Капитан глянул через плечо: за квартал от них две полуодетые женщины, высоко подняв факелы, заигрывали с отрядом королевских гвардейцев. Маркус, замерев, отнял руки от тележки, и та сразу замедлила ход.
— Капитан, — тревожным шепотом окликнул его мастер Кит.
— Дурацкая идея, — бросил Маркус. — Тут не комедия, а улица — не сцена. У них мечи, у них власть. Подсовывать им женщин и надеяться на чудо…
— Что сделано, то сделано, капитан, и причина вам известна. Беритесь за тележку.
Факелы осветили фигурку Кэри, со смехом кружащей на месте, кто-то из гвардейцев накинул плащ на плечи Китрин. Маркус вдруг обнаружил, что успел вытащить кинжал. «Им нельзя доверять, — пронеслось в мозгу при виде городских стражей в зелено-золотых плащах. — Нельзя доверять».
— Капитан? — окликнул его Ярдем.
— Вперед, — скомандовал Маркус и заставил себя отвернуться.
К проему, зияющему в дамбе на восточной окраине Порте-Оливы, шла мощеная дорога — сейчас ее покрывал белый снег с черными пятнами льда, усеянный пометом чаек. Птицы гнездились в расщелинах стены у проема и на береговых уступах, сам проем шириной не больше обычной двери некогда предназначался для осадного орудия, теперь уже давно рассыпавшегося от ржавчины; враг, от которого тогда защищался город, был мертв — как и те бандиты, чьи тела вез сейчас Маркус.
Действовали быстро и без слов. Ярдем, шагнув к обрыву, сбросил с плеча труп — тот исчез в сером предрассветном тумане. Следом кинули своего Смитт и Шершень, как загулявшего дружка через порог. Затем настал черед двух трупов из тележки. И наконец до обрыва добрались Сандр и Опал — актриса ощутимо хромала под тяжестью ноши. Последний бандит тоже пропал с глаз: ни всплеска, ни стука — только шелест ветра, жалобы чаек да отдаленный рокот прибоя.
— Ярдем, — позвал Маркус. — Возвращайся в квартиру. Я пойду искать Китрин.
— Слушаю, сэр, — кивнул тралгут и исчез во мраке.
— Придется еще платить штраф за Китрин и Кэри, — заметил Смитт. — Деньги у нас есть?
— Странно брать с них деньги за нарушение приличий, — усмехнулся Сандр. — В других местах наоборот — за такое доплачивают.
— Подозреваю, что мы должны сделать все возможное, — отрезал мастер Кит. — Возвращайтесь к фургону. Нам с капитаном, видимо, предстоит еще одно дело. Опал, останься с нами.
Актеры, потоптавшись на месте, потихоньку двинулись прочь. Шаги стихали; Сандр отпустил реплику, Смитт что-то буркнул в ответ — слов Маркус не расслышал. Мастер Кит и Опал стояли рядом, как темные тени на фоне окружающей мглы. Маркус пожалел, что не видно лиц, — хотя и понимал, что сейчас на них лучше не смотреть.
— Королевским гвардейцам я ее отдать не могу, — напомнил он.
— Знаю, — кивнул мастер Кит.
— Я никому больше не говорила! О сокровищах банка знают только те, кто знал и раньше!
— Если бандиты, плавающие сейчас там внизу, кому-нибудь не рассказали, — уточнил Маркус.
— Да, — признала Опал.
