- Да я что-то еще не успел, - стал оправдываться Рулон. И тут же получил по губам от своей нежной подруги.
- Ой, за что?
Марианна еще раз дала ему пощечину, выжидая верной реакции. Тут Рул вспомнил, что был невежлив и не поблагодарил ее.
- Ой, спасибо, что учишь меня. Я стал оправдываться, - забубнил он.
- Вот так-то лучше, придурок, а теперь говори: « Я - скотина, которая любит оправдываться, чтобы сохранить ничтожество свое», понял? – строго спросила она.
- Я - скотина, которая любит оправдываться, чтоб сохранить свое ничтожество, - повторил, каясь Рулон.
- Вот почему ты, урод, никак не развиваешься, оправдываешься много.
- Есть грех, - согласился Руля.
- Ну, что с портфелем делать- то будешь? – глумливо спросила его наставница.
Рул посмотрел на свой ранец глазами Марианны, и почувствовал брезгливость и отвращение возиться с ним.
- Да оставлю его училке, - радостно и растождествленно сказал он с иронией, вспоминая как глупо беспокоился о том, что ему туда насрал весь класс. – Пусть они на своем педсовете изучают его и решат, чье именно тут говно, - прикололся он.
- Ну, молодец, паскуда. Достиг ты верного взгляда на вещи, - похвалила его Марианна. – Сегодня, я вижу, ты на славу поучился. Давай-ка, сорви сейчас урок и пожалуйся учительнице, что тебе насрали, - засмеялась подружка.
- Есть, будет сделано! – отчеканил Рул, и, взяв портфель и раскрыв его, он жалобным голоском стал канючить:
- Ой, Зинаида Макаровна, Зинаида Макаровна, а мне в портфель насрали!
Класс так и покатился со смеху. Учило, выпучив зенки, в недоумении подошла к нему и, уставившись в набитый говном ранец, только и могла сказать:
- Как насрали?
- А вот, посмотрите, пожалуйста, - заботливо подставил свою сумку ей поближе Рулон. – А тут ведь у меня тетради, учебники, дневник!
Растерянное учило, не знало сперва, что делать, а потом по привычке опять заорало на весь класс. – Признавайтесь, кто это сделал?
Класс взвыл от хохота.
- Тихо, тихо, я вас спрашиваю, кто это сделал?
- Ой, давайте, я посмотрю, - сказал Ложкин и побежал к портфелю. За ним пошли Филон, Кукс и другие хулиганы.
- Стойте, куда вы? Немедленно сядьте на место, - забесилось учило.
- Но я хотел помочь, - глумился Лошак, – знаю, кто как хезает. Я сразу бы вам сказал.
- Тихо! Я еще раз спрашиваю, кто это сделал? Я подниму вопрос на родительском собрании. Я доложу директору.
Ученики давились и загибались от хохота. Кое-кто уже упали со стульев и валялись, хохоча на полу.
- Тихо! Прекратите! Всем встать! – орало учило, но никто его уже не хотел слушать. – Я вызову директора, - тщетно угрожала преподавалка, стуча по столу указкой. – Я поставлю всем «неуд»!
Но никто ее не слушал, продолжая балдеж, и тогда старая маразматичка сама вылетела из класса со злосчастным портфелем по направлению директорской.
В отсутствии училы урок в спецшколе с уголовным уклоном продолжался.
К доске выскочил Филон и, нарисовав на ней здоровый фаллос с мохнатыми яйцами, подписал: « Судьба не хуй, в руки не возьмешь».
Только было Рул стал зависать по поводу этой великой мудрости, как жизнь ему показала еще один урок. Ложкин подошел к Бобрышевой и с глумливой ласковостью сказал: « Я тебя люблю». Она раскраснелась и заулыбалась от свалившегося на нее «счастья», и тут Лошак заорал: «Я люблю тебя бить головой о парту!» и, схватив ее за волосы, стукнул о стол. Класс так и покатился со смеху от этой глупой выходки, а Бобрица заревела навзрыд, видимо до нее стало доходить, что все сказки о любви – это пустые слова.
ЧАСТЬ 2. БУДНИ ДУРДОМА 1(NEW)
Алтайские семьи
Настало время долгожданных встреч с Просветленным Мастером! И ученики на своих джипах, лимузинах, а кто-то на самолетах, яхтах подъезжали, подплывали, подлетали к огромному сияющему замку на берегу тихого океана в предвкушении нового духовного опыта. С трепетом и благоговейным ужасом подходили они к огромным дверям замка, осознавая, что настало время все свои ложные личности, гордость, спесь и другие порочные наборы оставить за этими большими дверями и сущностно, радостно влететь на порог святой обители Гуру Рулона, где их ждало полное и окончательное освобождение от уз сансары и кармы.
- Гыыч Ом, говноеды! – поприветствовал Гурун всех собравшихся в зале рулонитов.
- Гыыч Ом, засранец! – ответили те.
- Че, говна-то много накопил? – спросила его одна из жриц по имени Ксива, постучав кулаком по его лысине.
- Хватает, - признался Гурун, снимая фирменные темные очки, тем самым, обнажая свои бегающие от неловкости глаза.
- А капусты много накосил? – поинтересовалась другая жрица Элен.
- Ну, тысяч 50 баксов, - гордо сказал Гурун, - вытаскивая здоровый мешок денег.
- Ну, ты и лох, это че деньги что ли? - развыебывалась чу-Чандра, - то ли дело мы с Мудей 80 скосили, - сказала она, открывая здоровый чемодан, до отказа набитый толстыми пачками зеленых.
- Это уже получше, - небрежно бросила Элен, высокомерно посмотрев на чемодан, - но я думала, Мудя, ты на большее способен!!!
