- Давно! Давно! Уже десять лет как умер.
- Не может быть, Вы меня обманываете! Куда вы спрятали его? Немедленно мне его верните! Отдайте Жоржа!!! Отдайте!
Евгений уже не знал, как с ней разговаривать. Он хватал как рыба воздух ртом и не мог вымолвить ни слова.
- А идите-ка Вы, мама, куда подальше! - в конце концов махнул рукой Евгений.
Старуха сидела, словно огорошенная этой новостью, не веря своим ушам, как будто эта мысль для нее была новой.
- Ну, что Вы замолчали, мама? - подтрунивал над ней Евгений.
- Жорж! Жорж! Милый мой Жорж! На кого же ты меня оставил?! - выла шизофреничка.
- Мама, ну он же давно умер! Что Вы так удивляетесь?
- Как?! Как давно? Не может этого быть!
- Ну, не придуривайтесь Вы, он десять лет как уже умер! - отмахнулся от нее Евгений. Старуха молчала. В комнате наступила подозрительная тишина.
Евгений обернулся и воззрился на старуху. Она сидела на своем сундуке, прикрыв лицо руками, и беззвучно рыдала.
- Мама, что с Вами? - одернул ее Евгений
- Жорж! Жорж! Почему вы от меня это так долго скрывали? - упрекала его старуха.
- Что мы скрывали?!
- То, что он умер десять лет назад!
- Да никто от Вас этого не скрывал! Вы ведь и сами его хоронили! Своими руками!
- Не может этого быть!
- Как не может? Может! Я еще тогда молодым был. А теперь вот уже вся голова в седых волосах. А тогда у меня все волосы еще были черные. Я сам все это помню.
- О!... Горе-горе-горе..., - выла как заведенная бабка. - Горе мне, горе горькое - е-е!!! - Бабка залилась беззвучными рыданиями и завалилась на свой топчан.
Евгений было вздохнул свободно, как вдруг на сцене появилось другое действующее лицо. Из другой комнаты в кухню вползла заспанная Ольга. На ней была мятая розовая ночнушка, волосы были растрепаны, лицо помято, а глаза посылали друг друга на хуй.
- А что здесь происходит, Женечка, что тут за шум? - пропищала она занудливым голосом.
- А, это ко мне гости пожаловали, Оленька, - радостно ответил ей Евгений.
- Гости? Да какие тут могут быть гости в первом часу ночи? Уже спать пора.
- Ну и что? Человек к нам приехал, значит, он гость. А с гостями надо проявляться соответствующе. Мы, цыгане - такой народ!
Евгений радостно хохотал, не понимая Ольгиной мрачности. Та совсем вышла из себя, выскочила из комнаты, громко бабахнув дверью. Евгений еще больше захохотал над своей психованной инфантильной женой. Из-за двери доносились рыдания, вопли и причитания:
- Боже мой! Да что же это делается-то такое?! Это квартира или цыганский табор? И связалась же я с этим цыганом! Не дом, а проходной двор какой-то!
Евгений реагировал на это весьма спокойно и даже весело.
Рыба ошарашено смотрела на эту семейную сцену, не зная, что теперь дальше делать: уходить, мирить супругов или просто ничего не делать и завалиться спать?
- Да, не обращай внимания, покричит-покричит и перестанет, - успокаивал ее Евгений. - А ты лучше вон полезай на полати и ложись спать. А с утра поговорим. Лады?
- Лады... - бессмысленно прошептала Рыба и полезла наверх, на полку над дверью.
Бабуся уже тоже успокоилась и тихонечко шубуршала своими клешнями в своей одежде. Очень ловко, на ощупь, она выискивала в ней вшей, а потом давила их своими страшнющими ногтями.
- Ой! Что это такое? - с испугом спросила Рыба у Евгения, показывая на бабку.
- А, да это она вшей у себя выискивает, - отмахнулся он. – Видишь, как ловко у нее это получается! Еще с войны сноровка осталась!
- А откуда у нее вши? - с ужасом спросила Рыба. - Сейчас же вроде бы уже нет войны!
- Да это ты же сама наш адрес хиппарям дала.
- А причем здесь хиппари? - не въехала Рыба.
- Да при том, что они тут к нам целое нашествие устроили. Пока тебя тут не было, они к нам пришли. Целую неделю тут жили. Я на них все свои последние деньги ухлопал. Попробуй, такую ораву прокорми! Ольга сильно бесилась против них. А в конце недели выяснилось, что у них оказывается вши.
- Вши? - вытаращилась Рыба. — Но ведь те хиппари, которым я давала ваш адрес, жили в приличных условиях и не могли иметь вшей!
- А это не важно! Они дали наш адрес тем, у которых они были. И они пришли к нам. И вот теперь у нас всех вши завелись. Особенно у Дианки. Ольга взбесилась из-за всего этого и запретила кому-либо у нас появляться.
- А! Так вот почему у Вас так тихо и пусто!
- Ну, в частности и из-за этого тоже..., - сконфуженно произнес Евгений и вдруг замолчал...
«Что-то здесь не то! - просекла Рыба. - Чего-то он недоговаривает».
Неудобную заминку в разговоре прервала Ольга. Она высунулась из двери и опять напала на Евгения:
- Женя! Мы пошли спать! А ты - как хочешь! - демонстративно выкрикнула она и с Дианкой под мышкой поперлась спать. Дверь бабахнула в последний раз. За стеной послышалась мышиная возня, какие-то разговоры, а затем все смолкло и стало тихо.
Евгений молча пожал плечами и как побитая собака осторожно стал пробираться в комнату в надежде найти приют на каком-нибудь диване.
- Что ты сюда пришел?! Тебя сюда не звали! Какого черта ты опять здесь?! - послышались воинственные крики из-за двери.
