Нужна нормальная пища. Точно! Утренний пряник бесследно растворился, и мозг уже страдал от нехватки глюкозы. Может, фаст-фуд пожевать? И снова в голове щелкнула очередная шестеренка – денег то больше нет. И придется мне, щей не хлебавши, возвращаться в общагу.
Снова та же улица, холодный ветер и моросящий дождь. Даже цвет неба не поменялся, оставаясь грязно-серым. Голодный, денег нет, погода мерзкая, в авоське книга, вызывающая дрожь в коленках…. Но с каждым шагом по мокрому асфальту настроение улучшалось. Ну не привык я сдаваться, хотя за это мне нужно сказать спасибо папе.
Помню, в школе я никогда не любил английский язык. Это был единственный предмет, что меня бесил! Разумеется, моя оценка там – стабильный тройбан. Занятия были совмещены с параллельным классом, а училка постоянно опаздывала. И я, отличник по остальным предметам, вообще не понимал, зачем туда ходить. Если был повод прогулять – да как два пальца! Мне хватало дерзости и взрослым доказывать свою позицию, (вроде бы, это называется невоспитанностью). Разумеется, моих родителей несколько раз вызывали в школу, чтобы решить вопрос со смутьяном, но все без толку. Вплоть до шестого класса.
Канун нового года, отец только вернулся из очередной командировки, а первого января ему снова уезжать далеко на север. Так было почти каждый год, наверное, поэтому праздник елки для нас с мамой был всегда чуточку грустный, это значило, что папы не будет рядом до самой весны. А в эту зиму папа работал дольше, чем обычно, и так сложилось, что домой его отпустили всего на три дня. Это было крайне нечестно и несправедливо! Но мама всегда говорила мне и сестренкам, что скоро они смогут найти другую работу, и мы будем рядом. Все вместе! Она говорила так больше одиннадцати лет.
Никогда не забуду тот день. Осталось три часа до нового года, вся деревня у экранов телевизоров пересматривает советские фильмы, а я лежу на своей кровати, и меня трясет от слез. Папа уезжает, а мне очень хотелось, чтобы он остался с нами. Я был готов продать все свои игрушки, лишь бы он остался с нами хотя бы до конца каникул, готов был никогда не получать подарков, и даже хотел сам пойти работать куда угодно!
Я не заметил, как в комнату тихонечко вошел мой отец. Папа, несмотря на крепкое телосложение, всегда умел ходить так, что под его ногами никогда не скрипнет доска в доме, а в лесу не хрустнет ни одна веточка. Он присел рядышком и погладил меня по спине. Я, как мог, вытер глаза, и, набравшись смелости, посмотрел ему в лицо. Он тоже грустил. Грустил и улыбался, а по его щеке катилась одинокая слеза. Я разревелся и кинулся к нему на шею. Хорошо, что мы одни и нет никакой нужды притворяться.
– Я тоже хочу быть с вами. Всегда. Но завтра мне надо уехать. Я ведь вернусь, ты знаешь. Обещаю звонить, как только будет связь.
– Нечестно! – я хотел прокричать это на весь мир, но на пороге появилась мама. Она подошла и обняла нас обоих.
– Ну что вы тут устроили? Завтра будет завтра! А сегодня – Новый год! Время чудес! И вообще! Давайте ломать традиции! Пойдем и откроем подарки прямо сейчас и не будем ждать первое января! Максим, беги обрадуй сестренок, а то они от нетерпения того и гляди лопнут!
…Под елкой меня ждал сюрприз в виде огромной коробки, а папа улыбался. Это был его подарок лично мне, даже мама не знала, что внутри. Когда я сорвал подарочную обертку, мне открылась картонная коробка с нарисованной звездной картой. Папа подарил космическую игру? Нет, все гораздо интереснее – это был очень сложный телескоп. Практически профессиональный, с кучей настроек и толстенной книгой-инструкцией… на английском языке. Папа сразу же поставил условие – никаких действий с механизмами, пока не изучишь все основательно, а то сломаешь!
Мама до сих пор недоумевала, где он взял такую сложную штуковину, а папа так и не выдал своей тайны. Я понимал, что папа уезжает, а мама изучала немецкий. Так что мне предстояли долгие четыре месяца в обнимку со словарями и самоучителем английского языка. Я исписал несколько тетрадок, пока переводил эту чертову инструкцию. И вот наконец-то! Я смог прикоснуться к уже запылившейся коробке и собрать этот телескоп. Сам! Сколько всего мне тогда открылось! Я чуть зрение не посадил, изучая космос часами! Вот он рядом и так далеко, прямо как мой папа, который вернулся только летом.
Иногда я вечерами «поглядывал» в деревню, но папа, обычно проводивший лето с нами, объяснил, что я должен вести себя честно с другими людьми. Нечего говорить, что английский язык я стал знать лучше всех в школе.
Спасибо тебе, папа! Ты не ругал меня, не наказывал. Ты искал ко мне свой подход, свой путь. Твои уроки всегда со мной. Так что нет причин грустить! Экзамен сдан, долгов нет, живу и учусь дальше!
