По сплетению просочилась новая аура света, когда Тирианна и ее наставник присоединились к Архатхайну на главной посадочной площадке. Келамит сделал ей знак остаться, автарх и ясновидец вместе вошли в помещёние. Девушка повернулась, когда внезапно кто — то возник позади нее. Группа мрачноликих провидцев, одетых во все белое, с головами полностью лишенными волос поднималась наверх. Между ними плыл темно-красный яйцевидный контейнер, украшенный серебряными рунами. Тирианна отошла, давая им пройти, будучи ошарашена отсутствием новоприбывших в сплетении. Когда они проходили мимо, камень души провидца, затронутый их энергией, на мгновение запылал белым. Девушка подошла к двери очень, вовремя — она увидела, что не все люди мертвы. Артефакт выдал последний импульс силы, наполнив жизнью почти мертвых существ с помощью верткого усика энергии. Солдат поднялся из разбитой фурнитуры, одна из рук висела безжизненным грузом, на бедре красовалась длинная рана, закровоточившая, когда человек побежал в комнату к артефакту. Архатхайн отреагировал первым, его поющее копье, пролетев через все помещёние вонзилось в солдата, подбросив его в воздух. Мгновением позже, несколько сюрикенных и лазерных очередей было выпущено в то место, где только что стоял человек. Автарх подозвал копье и оно раздвинулось, выпотрошив, тело вылетело, и вернулось ему в ладонь. Архатхайн спокойно подошел к артефакту и встал на одно колено, рассматривая предмет. Шепча мантры-обереги, белые провидцы окружили его, их одеяния закрыли обзор, шипящие заклинания росли в пространстве. Сплетение тоже свернулось, сформировав защитный барьер, отбросивший Тирианну, когда она попыталась проникнуть внутрь. Когда мгновение спустя они отошли, вокруг опустилась тишина, Артефакта не было, но контейнер их психокости мерцал темным цветом, аура масляной энергии просачивалась из него. Он сильно отразился на сплетении, даже охранные силы белых провидцев не могли остановить нити судьбы, клубящиеся вокруг. Его окружали кровь и смерть, но Тирианна знала достаточно, чтобы не пытаться подойти слишком близко и остановила свои мысли.
Белые провидцы ушли, вместе с нечестивым артефактом.
— Люди собирают силы за стенами, чтобы уничтожить нас, — объявил Архатхайн, выпрямляясь. — Гарнизон перебит, возвращаемся в Паутину и уходим. Заберите наших погибших, нельзя оставлять их в этом проклятом месте.
— Кто они? — спросила Тирианна, когда они с наставником шли вслед за белыми провидцами к транспортной капсуле, которая пронесла их через Паутину.
— Мост между искусственными мирами и Черной Библиотекой, — ответил ясновидящий. — Они ступают по пути знаний Хаоса и неуязвимы к его соблазнам и козням.
— Они не похожи на арлекинов, — ответила девушка, вспомнив пеструю группу воинов — актеров, выступление которых она видела вместе.
— И хотя слуги Цегораха знают, где находится Черная Библиотека, они не единственные ее стражи.
Тирианна подумала, насколько же безопасной была ее жизнь на Алайтоке. Она считала, что знает все о эльдар исскуственных миров и о других, но оказалось, что тех, кто остался от некогда великой цивилизации гораздо больше, и они более скрытны, чем она думала.
— Это правда, — произнес Келамит, прочитав ее мысли. — Множество вещей, как принадлежащих эльдар, так и нет было утеряно.
— Это не утешает.
— А я и не собирался никого утешать, — ответил наставник. — И хотя ты колебалась сегодня, ты станешь сильнее. И хотя достигла немалых умений как в рунном колдовстве, так и своих силах, ты сделаешь другой выбор, дитя. Это непростое решение, и когда другие смогут изменять твою судьбу, ты сможешь лишь принять свое проклятие.
Скрытая тень — Плащ Мораи-хег.
Равновесие судьбы может быть и устойчивым, и хрупким. Одних участей невозможно избежать, другие же до самого своего воплощения висят на волоске. Среди последних встречаются уделы, настолько подверженные внешнему влиянию, что кратчайший взгляд на них и даже осведомленность о возможности их реализации способны нейтрализовать подобные вероятности. Чтобы изучать такие образы, провидцы должны надевать личину самой Мораи-хег, защищаясь Скрытой тенью от последствий прозрения. В ином случае, само знание о событии заставит его сбыться или же, напротив, уменьшит вероятность того, что оно произойдет.
